Книга Темные секреты драконов. Обещания, страница 112 – Ника Ёрш

— Потому что я противозаконная, — вздохнула Олияра. — Понимаете, так вышло, что больше полувека назад у нас стали рождаться дети с даром. Кто-то мог словом разжечь костер, кто-то подвигать предметы или вообще неожиданно влиять на погоду. Сначала они были нормальными, как все, а потом начинала проявляться сила. Спонтанно и порой страшно. Дедушка говорит, что их магия была особенной, изменившейся. И ей не подходили ни старые заклинания, ни новые. Она не причиняла вреда уставшей земле, но нуждалась в контроле и обучении. Но глава увидел в магах опасность и приказал отселять семьи таких детей, а сам набрал книг из большого мира. Потом они со старейшинами проводили долгие собрания, после которых создали новый закон. Об отсечении опасных сил. Так рассказывал мой дедушка. С тех пор всех, в ком просыпалась магия, стали водить на светлое озеро, где проводили ритуал по очищению “испорченных” детей.

— То есть, глава принудительно отнимал силу, проявляющуюся в подростках? — хрипло спросил Конрад. — И родители соглашались идти на это?

— Они шли с благодарностью, — ответила Олияра, — ведь мы все любим свой дом и не хотим становиться причиной несчастий. И наша земля по-прежнему нуждается в отдыхе от чар, а потому сюда не могут пригласить магов-преподавателей, способных понять новую силу и обучить ей. Не подумайте, даже дети — почти все — шли на ритуал, чтобы быстрее стать нормальными.

— Какая дичь! — выпалила Юлия.

— Наверное, я плохо объясняю, — испуганно предположила Олияра, — но люди любят это место. Здесь у нас царит мир и покой. У всех есть работа,еда, все устроены. Мы не ругаемся, а если происходит спор, его быстро решает глава. У нас огромная библиотека и есть школа, в которой учат всем важным наукам. Есть мастера, которые обучают детей своему делу. Мы не отстаем в знаниях, а глава хоть и строг, но справедлив. Почти во всем… Только с магией, мне кажется, он не прав.

— Вам не кажется, — сказал Конрад. — Но расскажите подробней о ритуале.

— Я не знаю, как он проходит, — ответила Олияра, — но дети оттуда возвращаются другими. После ритуала отсечения магии они слабеют и все время грустят. А еще часто видят плохие сны, печалятся о чем-то и не могут сосредоточиться на учебе. Из них плохие работники. К тому же им запрещено создавать семьи, потому что магия может передаться потомкам. Но таким детям во всем помогают и поддерживают.

— Просто волшебно, — задумчиво сказал Умс. — Главное — не учитывать, что магия — это часть нас, и ее отсечение калечит разум. Или душу. Или мозг. А иногда все вместе.

— Мой дедушка говорит так же, — согласилась Олияра. — Он обследовал всех детей-магов и проводил с ними много времени, наблюдая за природой вокруг. И не заметил негатива. Хотя несколько раз его обожгли и один раз сильно обморозили. Дети не могли контролировать свой дар. А учить их некому. У главы и части его родни есть дар эмпатов, но они не умеют управляться со стихиями. Поэтому все обнаруженные дети проходят ритуал освобождения.

— Обнаруженные? — зацепилась за слово я.

— Меня скрывали, — ответила Олияра. — Почти четыре года дедушка помогал прятать дар и старался сам меня учить методом проб и ошибок, но сила росла и… В прошлом году я проявила себя. Меня хотели тут же увести к озеру, которое превратилось за эти годы в новое болото. Но дедушка пригрозил, что в таком случае перестанет лечить людей. Он шантажировал нашего главу, представляете? На него страшно разозлились, а меня отселили в дом отщепенцев на окраине. Деду запретили со мной общаться, но он продолжил носить еду и кое-что из одежды. Другого знахаря тогда не было. А теперь почти готова замена. Скоро за мной придут.