Книга Тайна северного особняка, страница 94 – Милада Гиенко

— Только то, что папа рассказывал, — пожала плечами девочка. — Он ведь работал раньше на короля, и в его обязанности входило копаться в чужих головах. Он много об этом знает.

Я неспешно подошла к девочке, которая выбрала себе учебник и умостилась за столик. Присев на лавку рядом, я вкрадчиво поинтересовалась:

— А папа никогда не упоминал про какие-то жесты, которые могут служить индикатором… хммм… или могут указать на то, что воспоминание истинное, а не поддельное?

Мирабель задумалась, подняв голову и смотря в потолок. При этом она мотыляланожками, которые не доставали до пола с высоты лавки. Я ждала ее вердикта, не особо надеясь на успех, но все же девочка сообщила мне:

— Папа говорил, что у людей есть некоторые отличительные жесты. Например, глаз дёргается или хромота, или даже просто какое-то слово неправильно произносит. Хороший менталист должен учесть все эти особенности, ведь если пропустить подобное хоть один раз может возникнуть несостыковка. «Архитектура памяти» это очень сложное мастерство.

— Это я уже поняла, — я покивала задумчиво и снова задала вопрос: — А если человек вдруг забудет свое прошлое, эти особенности останутся?

— Возможно, да, но могут и пропасть, — все так же увлеченно размышляла Мирабель, приняв мои расспросы за игру и старательно отвечая. — Привычки, например, или особенности речи, чаще всего исчезают. Жесты тоже, но могут остаться рефлексы. Ну и ещё «навязанные действия».

— Навязанные? Это как?

— Папа говорил, что иногда такие действия привязывают к памяти людей. Они практически незаметны для окружающих. В идеале должны совершаться за долю мгновения и не привлекать ничьего внимания. Их встраивают в память человека, на уровне рефлексов. Они сохраняются до самой смерти и могут служить индикаторами подмены воспоминаний.

— Менталисты не могут их подделать? — нахмурилась я.

— Могут, но для того, чтоб подделать нужно знать об этом. Нужно просмотреть всю память человека, чтоб выяснить когда и какой жест он делает, а подобных движений может быть много. В общем, это практически безотказный способ защиты от подмены воспоминаний.

— И часто им пользуются?

— Папа говорил — нет, из-за того, что люди боятся влияния менталистов и по собственной воле не разрешают им вмешиваться в своё сознание.

— Да, действительно… — задумчиво согласилась я, рассматривая свои пальцы.

— Хочешь научу тебя каким-то ментальным рунам? — предложила малышка.

— А может лучше почитаешь мне этот учебник? — я приподняла книгу, изучив взглядом обложку. — Мне тоже интересна математика.

— Она скучная, — скривилась Мирабель. Я согласно качнула головой:

— Да, так бывает. Но если ты хочешь стать такой же умной и сильной как папа, надо учиться. Прочитаешь мне вот эту задачку?

Следующий час мы потратили на математику, но затем я все же отправилась выполнять свои обязанности,а маркизу вручила Клавдии.

Мужчина в темном плаще подошел ко мне и сел напротив. Я заинтересованно и без страха посмотрела в его темные глаза.

— Хотите, я покажу вам фокус?

— Да, — сама не узнаю тонкий детский голосок.

— Следуйте за мной.

Вижу обрыв, над которым кружат чайки. Слышу как о подножие скалы бьются волны, они ревут и стонут, словно предчувствуют беду.

— Где же он?

Платье в одно мгновение превращается в тряпку. Вспыхивает огонь. Замыкается яркий круг.