Книга Жена архитектора, страница 73 – Милада Гиенко

На лице мужчины проступает непонятная эмоция. Кажется, что он горд оттого, что его заслуги не забыты. Но при этом его все еще что-то гложет внутри. Сомнения проявляются в его расфокусированном взгляде и поджатых губах. Он продолжает сжимать и разжимать кулаки, будто примеряется, стоит ли ему брать в руки инструменты.

- Мастер Хурэн, - вздохнув, я делаю шаг к нему. Кладу руку на плечо, немного сжав пальцы в одобрительном жесте, и произношу негромко: - Вы не можете предугадывать все желания заказчиков, сколько бы не старались. Не сможете угодить всем. Но этого и не требуется. Заказчики любят ваш стиль, они приходят к вам за вашим видением. А насчет той скульптуры с любящей женщиной… - со вздохом, обвожу комнату взглядом. Сама не знаю как должна выглядеть эта статуя. Да и вряд ли у нас с мастером сойдутся взгляды. Потому могу сказать лишь: - Для всех любовь означает что-то разное. Для кого-то это чувство яркое и спонтанное. Для других спокойное и привычное.

- А что означает любовь для вас? - неожиданно заинтересованно спрашивает Хурэн. Наконец, в его взгляде появляется что-то кроме стеклянной пленки алкогольного опьянения и вселенской печали.

Я задумчиво замолкаю. Над такими вопросами я задумывалась крайне редко. И ответ на него не был у меня заготовлен.

- Наверное, я сказала бы, что любовь для меня это «подставить свое плечо».

- Подставить плечо? - растерянно моргает Хурэн и действительно смотрит на мою руку, стараясь найти на ней признаки таинственной любви.

- Да, - воодушевленно улыбаюсь, сама для себя принимая решение. - Конечно, я вложила бы в это слово намного больше. Но основой я бы выделила именно это. Подставить плечо. Чтобы партнер мог опереться, если ему стало трудно. А, когда станет сложно, страшно или грустно мне, я также смогу опереться на его плечо.

- Я запомню эти слова, - медленно кивает Хурэн. Он прочесывает пальцами бороду и задумчиво смотрит на стену напротив того окна, через которое я пролезла. - Откройся! - командует он в пустоту. Я удивленно оборачиваюсь, заподозрив мастера в развитии шизофрении, но ошеломленно замираю. В деревянной стене вместо окошка сама собой возникает дверь. Снаружи друг о друга стучат поленья, будто складываютсяв какую-то фигуру. Затем створка отворяется и моему взгляду предстает красивая лесенка.

- Обалдеть, - выдыхаю обескураженно. Делаю пару шагов ближе к новоявленной двери и не могу удержаться от вопроса: - А куриных ножек у дома нет? Ну, чтобы от гостей непрошеных отворачиваться?

- Раньше были, - совершенно серьезно отвечает мастер, останавливаясь рядом со мной и выглядывая в лес: - Но укачивало постоянно. Потому убрал.

И он первым направляется наружу.

- О! - выдает мастер так многозначительно, будто вообще впервые увидел лес, в котором живет. А потом ошарашивает меня, выдохнув: - Драконы!

“Ну все, уже в глазах двоится” - делаю неутешительный вывод. Выхожу из-за угла дома, чтобы убедить Хурэна, что драконица тут всего одна, и да, она синяя. Но замираю от неожиданности.

- Действительно, драконы, - подтверждаю обескураженно.

На берегу Зеркального озера стоит Марципанна и беззастенчиво строит глазки дракону, чьи чешуйки цвета корицы в солнечном свете переливаются рыжим золотом. Новоявленный крылатый ящер выпячивает вперед грудь, крутит красивой мордой и выдает что-то вроде: “Красавица, вашей пещере страж не нужен?”.