Книга Восьмая наложница, страница 5 – Юлия Буланова

Егора и Лену. Потому что они больше любят Катю и слушаются её, когда она просит сделать что-то плохое мне. Егора, например, легко можно уговорить ударить меня. Проблема в том, что ему скоро пятнадцать и это уже не смотрится детской шалостью. А Лена от брата не отстаёт и всегда бросается в драку вместе с ним. Пока я могу с ними справиться, но лишь потому, что они не умеют просчитывать и координировать свои действия.

К

Когда-то я думала, что если буду достаточно хорошей, то моя жизнь изменится. Именно этому учат сказки, делая глупых детей удобными.

В детстве каждая девочка мнит себя принцессой, достойной лучшего из финалов. Главное, вести себя согласно той роли, что тебе выпала и однажды ты получишь своего принца, любовь с половиной королевства в придачу.

Вырастая, мы понимаем, что принцессы рождаются лишь в королевских семьях, а принц всегда выберет равную ему, а не нищую замарашку.

Я больше не верю в то, что однажды ко мне прилетит волшебник. Понимаю: никто не отвезёт меня в волшебную страну к моим настоящим родителям, которые любят и ждут свою потерянную дочь.

Никто не станет жалеть, даже если я исчезну. Они, вообще, вряд ли то заметят.

Папочка любит повторять: «Что-то не нравится — вали на все четыре стороны. Меньше народа — больше кислорода. Тут и так девок, как собак нарезанных».

Хотя, наверное, заметить должны. Примерно, к ужину. Когда осознают, что есть нечего, а виновницу этого даже пнуть нельзя.

В детстве я мечтала о том, что однажды и в мою жизнь придёт сказка, искренне веря, что сказки бывают только добрыми.

Забывая, какой конец ждёт второстепенных персонажей, которые вписывается в канву основного сюжета.

Я ее похожа на прекрасную деву, с которой может произойти чудо.

У меня нет мачехи.

Нет старших сестёр или магических умений. Даже любви к цветочкам аленьким не имеется.

Зато дома на диване обитает чудовище. Вечно пьяное и злое. Но это больше похоже на статью в криминальной хронике, а не на добрую сказку.

Фея-крёстная не почтила своим присутствием мой шестнадцатый день рождения. Вместо неё на мягких лапках ко мне подкралась оборотница. Она казалась милой старушкой с тяжёлым пакетом. Сквозь тонкий целлофан просвечивали простые продукты. Молоко. Сахар. Булка хлеба. Дешевое печенье. Две пачки гречки. Она шла с рынка, тяжело опираясь на серую тросточку, ручка которой была обмотана синей изолентой.

Вы бы подумали, что у злодейки ручка трости может быть обмотана изолентой?Но оборотни хитрые и хорошо прячутся. Иначе их бы давно переловили.

Она попросила меня помочь ей донести тяжелый пакет. Пообещала напоить меня чаем с конфетами.

Я не любила чай. Конфет хотелось, но объедать пенсионерку было неудобно. Идти нам было в одну сторону. В школе последний урок отменили. Классная наша с температурой свалилась. А там все равно были эти бесполезные разговоры о «важной» ерунде. Поэтому нас отпустили по домам. Вот я и решила помочь. В конце концов, мой день рождения. Что хочу, то и делаю.

А потом меня поймали на лести. Бабушка эта всю дорогу мне говорила о том, какая я милая, добрая и красивая. Она спрашивала, сколько мне лет, где я учусь и живу.

Наверное, стоило насторожиться, когда она улыбалась, слушая ответы.

Шестнадцать лет

Девятый класс.

В доме, где раньше городская библиотека была.