Книга Невеста №5, страница 108 – Ева Никольская

* * *

В другой части Гримшера…

Бубрик паниковал. Он чувствовал, что Рисаш опять во что-то вляпалась… без него. И хотя угрозы её жизни не было (это страж тоже ощущал), он всё равно не находил себе места, бегая, как заполошный, по чужому дому в поисках… сам не зная чего.

Что делать-то? Сидеть и смиренно ждать, как было велено, или мчаться сломя голову на помощь верной подруге, невзирая на дневное время суток?

Он бы обратился к Эльфиде, но, во-первых, Ри ему запретила рассказывать сестре, куда именно она пошла погулять, а, во-вторых, ведьма была сильно занята развлечением гостьи, с которой уже не первый час пила чай на кухне и трескала черешню — куда в неё столько влезает-то⁈ Ещё и противные китокабры сидели рядом с ними, и Грум этот тоже…

Точно, Грум!

Изобразив зажигательную пантомиму, чтобы выманить в холл лиловогривого монстра, по-прежнему прячущегося под иллюзией волкодава, Бубрик попытался привлечь его к спасательной операции, но Грум, имевший опыт сомнительных приключений с Рисаш, наотрез отказался. Зато помог открыть тяжёлую дубовую дверь, чтобы выпустить магического братца на улицу.

И на том спасибо!

* * *

Этим утром форумы Гримшера взорвала новость о колючем НЛО, похожем на раздутого фиолетового ежа. Некоторые даже снимками трясли, сделанными на на мобильные телефоны.

Поговаривали, что белый бьёрн Дмитрий Громов, на счету которого было уже несколько необычных изобретений, включая кибернасекомых, взятых на вооружение гвардами, тестирует новую модель дрона, замаскированного под более крупное существо, нежели обычная муха.

Но были и те, кто утверждал, что летающая кракозябра — дело рукместных магов, давно грозившихся опровергнуть утверждение, что ёж — птица гордая, пока не пнёшь — не полетит.

Летает же! Ещё как! А фиолетовый он исключительно от натуги.

Мороженого я так и не отведала. Не потому, что его не было, просто на кухне обнаружилась целая корзина сочной красной черешни с очередной запиской от босса, о чём я догадалась по почерку и характерному листочку из блокнота, на котором было нацарапано: «Приятного аппетита, Элли!».

Когда только успел ягоды купить? Вчера же их не было. Он, вообще, спал сегодня или как? Хотя бы часик! Впрочем, я ему не нянька, не жена и даже не секретарь. Хочет — спит, хочет — за черешней спозаранку бегает. Мне от этого только плюсы.

Вероника корзинку тоже оценила, правда, не на вкус, а просто так. Отметила, какой заботливый у неё сын, и как сильно я ему нравлюсь, раз нашёл время в своём плотном рабочем графике, чтобы побаловать меня вкусненьким.

Спорить с ней не стала, ибо уже знала, что это бесполезно, просто перевела тему в менее щекотливое русло, спросив о юбилее, на который она пыталась пригласить Юлиана столь оригинальным способом. Ну и… понеслось.

Последние часа два я мало говорила, зато внимательно её слушала, потихоньку поедая черешню. Надо было, конечно, остановиться, но… ягоды были такими вкусными, а рассказ бьёрны обо всём семействе Броуди и, особенно, о Юлиане — таким увлекательным, что я не заметила, как приговорила пару килограмм.

Усилием воли отодвинула корзину подальше и продолжила слушать бесценный источник информации с поправкой на попытки матери свести меня с её сыном, невзирая на все логичные (и невинные!) объяснения моего тут присутствия. Даже как-то обидно стало за начальника. Будто без матушкиной помощи он свою личную жизнь устроить не в состоянии.