Книга Гори, гори, моя любовь, страница 48 – Таня Кель, Ханна Леншер

– А если я убью себя? – прорычала она.

Я снова вернулся к губам.

– Тогда я достану тебя из ада, моя ведьма.

Белла

Сбежать от инквизитора не составило труда, кроме боли на сердце и разорванной в клочья души, ничто меня не держало.

Я добралась до леса, очень хотелось домой. Но барьер не пустил.

Не раздумывая, в первой пропавшей луже, я провела ритуал связи. Кровь капала в грязную воду, а Верховная не отзывалась. Когда рябь сменилась изображением, меня уже била крупная дрожь. А если магистр напал?

– Изабелла, разве ты выполнила своё задание? – строго спросила Верховная.

– Я не могу, не справляюсь! Пожалуйста!

– Смерть магистра или синарха и вернёшься домой. Другого пути для тебя нет!

– Но я не смогу!

– А твои сёстры, которые умирают от рук инквизиторов, могут?! Они достойны такой жизни и смерти?

– Мама!

– У тебя есть сила и возможности. Поэтому возвращайся и сделай то, что должна!

Изображение пропало, от моих слёз расходились круги на воде.

Я не вернусь к синарху. Верховная неправа, я пыталась, но не получается его убить. Сил не хватает и решительности. И даже если смогу, то умру там же. Потому что разбитое сердце не выдержит. Я полюбила чудовище. Зверя. Инквизитора, что мучит моё тело и душу.

Лошадь, украденная из конюшни, тихо паслась рядом. Хорошо, что не убежала, доберусь до деревни и смогу её продать. Жалко, конечно, но у меня ничего нет. Ни денег, ни вещей. Всего три платья, одно из которых на мне. Я сначала не собиралась их брать, но потом решила захватить, мало ли.

Цвет глаз скрыла колдовством, чтобы не пугать людей.

Деревня была большая, как раз шёл ярмарочный день, и гнедая кобыла быстро нашла нового хозяина, а у меня появились деньги.

Я купила немного вещей и чёрный краситель. Обычно этим оттеняют шерсть мериносов, но и для волос пойдёт. Они перестанут быть шелковистыми, но не беда.

На первое время сняла комнату с удобствами в таверне. А на следующее утро по базару уже ходила темноволосая селянка. Я сама себя не узнавала в отражении, есть шанс, что и синарх не признает. Обычная человеческая внешность, клейма нет, никто не подумает, что ведьма.

Успокоюсь и поеду в город, мне надо найти Вивиан. Если до магистра не доберусь, то уничтожу всех инквизиторов. Прокляну.

С такими мыслями ходила между торговыми рядами, а потом увидела Кристофера. Сначала подумала, мне показалось. Синархане должно было быть здесь. Но я ошиблась, Даркмур пришёл за мной.

Убежать не удалось, а маскировка не спасла.

Я билась в истерике и высказала ему всё, что было на душе. Призналась в чувствах. Просила меня отпустить и не мучить.

А он… Он поставил клеймо и увёз в особняк. У вещи нет права выбора.

Как завоёванный трофей, вернулась на полочку камина. И во мне что-то надломилось. Я больше не хотела спорить, отстаивать себя, устала от бесполезной борьбы.

Когда мы въехали в ворота, я видела ухмыляющиеся взгляды стражи. Они рады: хозяин вернул своенравную ведьму, которая их обдурила. Слуги тайком выглядывали, всем интересно, как меня накажут. Они даже не понимали, что я уже наказана: сидеть на цепи у человека, которого люблю.

Щётка для обуви или ночная подстилка. Какая разница?

Меня проводили в комнату, и я упала на кровать, притянула колени к груди и заплакала. Я сдалась, ещё до побега. Это была последняя попытка. Думала, что смогу справится. Но я слабая. А чувства меня убивают.