Онлайн книга «Крапива. Мертвые земли»
|
– Это горячие источники, – пояснил Шатай. – Можэм устроиться здэсь на привал. Крапива не возражала: солнце уже клонилось к горизонту, а о том, как холодны степные ночи, лекарка узнала достаточно. К тому же их скакуны, хоть и быстрые, для всадников приспособлены не были, и бедра у девки покрылись болючими синяками. Спешиваясь, она украдкой потерла их, а Шатай сделал вид, что не заметил. Влас, ясно, оказался у цели первым. Он скинул сумы с провизией на землю и мялся подле зверя. – Не сбегут? – спросил он в никуда, но обращаясь к Шатаю. – Лучшэ привязать, – точно так же в никуда ответил шлях. Мужчины разбили лагерь и вечеряли, не глядя один на другого. Как те полуптицы, оказавшись рядом, они злобно шипели или фыркали, но не дрались. После разошлись, и каждый ждал, с кем устроится на ночлег аэрдын. Влас спрятался в камнях на самом краю наполненной паром ямы, Шатай нарочно отошел в противоположную сторону. Крапива поворотилась к одному, к другому… Да и плюнула. Она осталась у недовольно шипящего кострища: в эдакой сырости развести огонь под котлом было непросто, и потух он раньше, чем ложки вычерпали всю кашу. Она легла и долго-долго ворочалась, не в силах уснуть. За минувшие дни лекарка так привыкла, что кто-то всегда лежит рядом, что нынче ощущала себя голой и беззащитной. Не спалось. В степи быстро темнело, вдалеке скулили голодные волки, трещали ядовитые желтобрюхие полозы, хохотали, прогоняя сородичей с облюбованной территории, гагачи. – Шатай? – позвала Крапива шепотом. Не хотелось спугнуть ночь криком, да и подземный жор всегда мог явиться на шум. Шатай не откликнулся. Тогда травознайка протерла глаза и отправилась искать мужчин. Пусть враждуют меж собой сколь угодно, но ее без охраны оставлять не дело! У источников было жаркои сыро, кожа покрылась испариной, а волосы отяжелели. Влас, притаившийся у водопада, выглядел мокрым щенком, а не грозным волком. Наверное, поэтому Крапива и не побоялась подойти к нему. А может, и вовсе уже перестала бояться. Он скукожился, как ребенок: обнял согнутые в коленях ноги и уронил голову на грудь. Уставший и юный, Влас не слишком отличался от лекарки или Шатая. Он услышал ее неловкие шаги – девка оскальзывалась в темноте на сырых камнях и, пробираясь, едва не переломала ноги. Влас напрягся, но не оглянулся и тем паче не предложил ей помощь. Только когда, пыхтя, она опустилась с ним рядом, княжич буркнул: – Чего пришла? Крапива вытерла выступившие на лбу капли пота и сказала: – Спать пойдем. – С тобой-то? Нет уж, с тобой я точно не засну. Сказал так и замолчал, а Крапива долго хлопала ресницами, не понимая, на что намекал княжич. – Я храплю разве? – удивилась она. Влас протянул: – Ой, дура-а-а… Крапива не обиделась. Она пихнула княжича локтем в бок: – Когда я была совсем мелкой да неразумной, притащила из лесу больного щеня… – Как будто мне есть дело до твоего детства. Травознайка продолжила: – Матушка заголосила и попыталась выбросить его в отхожую яму… А я в слезы, щеня хвать – и дёру. Теперь-то понимаю, отчего она крик подняла, а тогда… Глупая совсем была… Влас по-доброму усмехнулся: – Нынче-то ты поумнела! – Ты дальше слушай. Я его долго выхаживала… Первые дни и дома-то не появлялась, только до хлева. Сама голодная сидела, а ему палец в молоко обмакивала и давала сосать. А он кусался, представляешь? Раз подрал так, что пришлось зашивать. Вот, даже след до сих пор остался… |