Онлайн книга «Крапива. Мертвые земли»
|
– Куда расселась, негодница? – Дола подошла неслышно и нависла тучею. – Грядки вот… – Куда расселась, спрашиваю?! Срам прикрой, не ровен час, братья увидят! Стыдоба! Крапива опустила голову. Понёва и впрямь задралась, обнажив колени, да только братья все одно в эту сторону не глядели. – Одёжу не запачкать… – Ишь, одёжу она запачкать боится! А гульнёй прослыть? А мать опозорить? – Да не видать же с улицы ничего! – А отец? А младшие?! Крапива стиснула зубы: – А им и дела нет! Сама Дола даже в нынешнюю жару рукава не засучивала, а волосы прятала под кику и плотный платок. Учила тому же и Крапиву, да та вечно норовила избавиться от убора. Правду молвить, с весны и до поздней осени никто в Тяпенках строгих нарядов и не носил: со степей дул сухой ветер, тучи застревали на северном горном хребте, и погода стояла такая, что в баню ходили охладиться. – Что, мало сегодня от княжича получила? Больше хвостом верти! – фыркнула мать, и у Крапивы горло перехватило. Сказать бы, что нет ее вины, что не нарочно она молодцу попалась… Да слова во рту застряли. Быть может, мать и права? Не зря Дола учила ее глаз не подымать и парням не улыбаться – все к беде. – Матушка… Дола бранилась, как не слыша. Крапива ухватилась за край ее подола, как тонущий хватается за все, что под руку подвернется. Хоть соломинка, хоть тростинка. – Матушка! Дола резво отпрыгнула, ажно грядку перескочила, и юбка выскользнула из пальцев. – Ах, едва не докоснулась! О чем думаешь, дуреха?! – Матушка… – Крапива вскинула взгляд, в глазах стояли слезы. Мать глядела на нее сверху вниз подобно бездыханному идолу. – Коли ко мне кто посватается… ты же… неволить не станешь? Утешила бы. Подула на волосы, слово мудроесказала. Но Дола обидно рассмеялась: – Да кому ты нужна! Коли кто возьмет хворобную да гулящую, я первая ему поклонюсь! Мать говорила что-то еще. Уму-разуму учила, наказывала не злить боле княжича. Крапива вроде и слушала, а в ушах звенело. И только печальная песнь сорной травы, засыхающей в борозде, достигала усталого ума. * * * Рожаниц знали по всем Срединным землям. Но если ближе к Северу берегини почитались не больше, чем прочие домашние духи, то в стороне, граничащей со шляхами, они стояли рядом со Светом и Тенью. Оно и понятно: шляхи своих жен хранили подобно сокровищам. Кому им еще поклоняться, как не дарующим жизнь? И в Тяпенках, куда степняки давно уже захаживали, как в свои владения, богиня тоже заняла почетное место. Потому и главной в деревне стала Матка, а не мужи-дзяды, – диво дивное для срединного народа! Потому, случись беда, Крапива шла не к грозным идолам, что возвышались над Старшим домом, а к той единственной, что всегда утешит и утрет слезы. Травознайка шла к Рожанице. К вечеру Крапива переделала дела по хозяйству и вырвалась из дому. Управилась бы быстрее, да княжич дважды, словно нарочно, оборачивал кувшин с зельем. Приходилось возвращаться в общинный дом, возжигать очаг да варить лечебную похлебку из живоцвета. Дубрава Несмеяныч требовал, чтобы лекарка непременно при нем колдовала, а то, не дай боги, задумает недоброе. Влас же раздувал ноздри и глядел. Глядел так, что Крапива решилась отправиться за подмогой к богине. По пути отыскав утерянную корзину, она пересекла поле. Горло перехватило, когда по примятым колосьям девка узнала то место, где повалил ее княжич. А не будь у Крапивы проклятья, что сталось бы? Как бы измывался над нею мучитель? Что, если заберет с собой и отыщет-таки способ? Пусть уж лучше никто никогда не коснется, чем… так. |