Онлайн книга «Йага. Колдовская невеста»
|
– Эй! Больно же… Он в недоумении отпустил лесовку, а та поймала его лицо в ладони, вгляделась в каждую черту: в колдовской шрам, в серьги-кольца, в бледную кожу, в синие глаза. Нет! Боров все врет. Не может не врать. – Ты жил в семье Посадника? – прямо спросила она. Рьян оторопел. Напрягся всем телом, аж подбородок заострился. – Да. – Твоя сестра… та, что влюбилась… Его дочь? – Откуда? – голос звучал глухо и беспомощно. – Это его дочь?! – Да… Йага выдохнула и стиснула зубы: прижать к себе? Оттолкнуть? – Ты убил ее? Огонек в чистых синих глазах померк, руки повисли плетьми. Он глядел на нее жалобно, умоляюще. Зачем спрашиваешь? К чему заставляешь ответить? Почему теперь, когда проклятый жизни без своей ведьмы знать не хочет? Он даже не шепнул, просто шевельнул губами. Но дочь леса разобрала. – Да. Метель билась в окна и стонала. Йага глядела на любимого… да, на любимого! Глядела не мигая, силясь испугаться или возненавидеть. Силясь разобрать, о чем кричит трепещущее сердце. Но вместо того слышала лишь звон разбитой надеж ды. Звон заглушал все на свете, хотелось кричать, лишь бы услышать что-то, кроме него. Она зажала уши. Она что-то говорила, но собственный голос тонул в бессильном вое метели. Рот проклятого открывался беззвучно, он ходил от стены к стене, заламывая руки, хватался за рукоять колдовского ножа, а изменившимся зубам стало тесно в человеческой челюсти: проклятье тоже бесновалось. А потом он подался к ней, попытался схватить… Йага, взвизгнув, выскочила из избы. Пурга ударила в грудь под распахнутой телогреей, запорошила глаза. Йага поскользнулась на крыльце, съехала по ступеням и замерла коленями в снегу. И вдруг принялась рвать серебряную пелену. Когти полосовали метель, вспарывали белоепокрывало на земле, снежинки таяли на щеках и катились тяжелыми каплями. – Йага! Он выскочил за нею почти сразу. Замер в распахнутых дверях, вглядываясь в пургу, и не сразу догадался опустить взор. Наконец увидел. Сбежал с крыльца, как подрубленный, упал на колени рядом. – Это не я! Я не желал ей зла, я любил ее! Это зверь… Ведьма стряхнула его ладони с плеч. – Но ты и есть зверь. Она не прокляла тебя, лишь вытащила наружу то, что скрывалось под человечьим обличьем. – Я не желал ей зла! Я… Она была моей сестрой! Посмотри же на меня! Йага, я никогда тебя не обижу! Я люблю тебя! И осекся, сказав то, чего никому говорить не собирался. – Я люблю тебя, – повторил Рьян тихо, и слова потонули в свисте ветра. – Она тоже тебя любила… Редко случалось такое, что хозяйка леса пугалась. Чаща не страшила ее, не беспокоили болота, оторопь перед большим городом ведьма обуздала, а уж от медведя и подавно не шарахалась. Но сейчас… Йага дрожала от ужаса. И, нет, вовсе не потому, что опасалась за свою жизнь, не потому, что северянин омыл в крови руки, что ласкали ее ночами. Потому что стало ясно то, о чем предупреждала матушка, то, о чем спрашивала подруженька Ива, то, в чем колдунья и сама сомневалась: убийца или нет, он любим ею. Вырвал девицу из оцепенения Рад. Обеспокоенный криками, он пошел проведать друзей, а застав распахнутую дверь, не на шутку струхнул. Однако оба жильца нашлись во дворе. – Чего расселись? Давно с горячкой не лежали? А ну в дом! В тепле разберетесь, что у вас стряслось! |