Онлайн книга «Йага. Колдовская невеста»
|
На землю он упал уже бездыханным – не выдержало измученное сердце. А может, попросту срок пришел, как знать? Сыновья бросились подымать, да полноте! Из Тени никому не суждено воротиться. А хозяйка леса вошла в силу. Позади распахнутых крыльев взметнулась живая тень – сам Лес защищал дочь. Снег таял, хлюпала мягкая земля под копытами, сбрасывали саван елки, верещали птицы и звери. Выкапывались лесные нечистики, поднимались из сырой земли белые длани мертвянок. Нынче Безлюдье проснулось, куда там зиме супротив него выступать! Твари, каковых никто из молодцев не пожелал бы встретить, вырастали с ними рядом. Мохнатые, рогатые, зубастые… Они не отряхивались от прелой листвы и не убирали из шерсти щепок. Да они и были единым целым с листвой, сучьями, деревьями, болотом, небом. Собаки, словно в издевку, не бросались на нечисть, а припадали на передние лапы, виляли хвостами – играли! И не было им дела до того, что людей крутят живые ветви, что хозяева намертво врастают в землю кто руками, кто ногами, обращаясь деревьями. Вот прямо с елки прыгнул на голову одному из сыновей жреца лохматый комок. Молодец завертелся волчком, пытаясь сбросить, брат ринулся помогать, упали… А поднялись двумя серыми вол ками. Мал орудовал мечом направо и налево, нечистики отпрыгивали, но нападали вновь, а Боров… Йага опустилась на землю, впившись когтями на лапах в позеленевшие кочки. Наклонила голову набок, раздумывая. Всего больше толстяк походил на раздувшегося утопленника – такой же бледный, и кажется, что вот-вот лопнет. – Поми-и-илуй! Госпожа! Пом-м-милуй! Он отползал назад, но Йага преследовала. Когда Боров уперся лопатками в забор, она наклонилась к нему. – Помилуй, хозяйка! – По жирным щекам текли слезы, нос пускал зеленые пузыри. – Ведаю, ты только выглядишь страшно! Неужто и в самом деле чудище? Помилуй! – А ты? – спросила Йага. Она накрыла его крылом и отстранилась. И вовсе не удивилась, когда нос Борова вздернулся и превратился в пятачок. Уши заострились, пальцы срослись, становясь копытами… Боров и есть боров. Кем бы ни прикидывался. – Помилуй! Помилуй! Ты же не злая! – Не злая, – согласиласьЙага. – Справедливая. Гончие почуяли добычу прежде, чем Боров осознал случившееся. Псы, которых он сам обучал бросаться на зверя, накинулись на хозяина. Добыча! Возле самой избы Мал Военежич боролся с лесным дедом. И унизительной была та борьба! Посадник орудовал мечом, словно тот был продолжением его тела, но как победишь существо, сотканное из всего сущего в лесу? Стоило разрубить один ствол, как дед сплетался из ветвей другого и тянул множество рук к воину. Йага прошла мимо. Там, за калиткой, укрытый кровавым плащом, лежал проклятый. Подле медвежьей туши лежало три молодца – дорого Рьян продавал каждую каплю руды. Но и сам не уцелел. Из правого бока торчало копье, задняя лапа держалась на одной лишь шкуре, разорвано ухо. И тяжело, с бульканьем вздымалась грудь. Вздымалась! Йага села подле него, прижала к животу оскаленную пасть. – Рьян! Ты только не умирай, пожалуйста! Но не случалось еще такого на белом свете, чтобы Хозяйка Тени выпустила кого-то из объятий. Не просто так. – Я его не отдам! – сказала колдовка неведомо кому. – Не отдам, слышишь?! На четвереньках поползла шарить по земле, ощупывать мягкую поросль. Наконец отыскала! Колдовской нож придавило тушей задранного мерина. Ведьма едва вытащила его. Тусклый, покрывшийся ржой, словно пролежал там не меньше года. Но ведьму личиной не обманешь, она-то чуяла магию Безлюдья, что таилась в железе. Но не поднять молодца! Не заставить перепрыгнуть через нож в последний раз, чтобы заживить раны! |