Онлайн книга «Йага. Колдовская невеста»
|
– Мужик, успокойся! Охолони! Дай слово молвить! Однако Инвар уже не способен был к разговорам. Ненависть потопила его разум, и проклятому то было знакомо. Он и сам не раз поддавался такой же слепой злости, тонул в ней и позволял принимать решения за себя. И не только… не столько проклятье являлось тому виной. Он всегда прежде лез в драку, а опосля уже рассуждал. Он ударил противника здоровой ногой в пах. Больная отозвалась резкой болью, но проверять ее было недосуг. Боднул в подбородок, уложил на лопатки и навис сверху. Костыль сам лег в ладонь. Один замах – и дело с концом. – Убей! – взревела любушка. И когда верная сука вместо того, чтобы напасть на Рьяна, кинулась к Добронраве и сомкнула челюсти на ее голени, Рьян окончательно все понял. Дом у Добронравы был хороший, богатый. Его она любила всей душой. А вот мужа терпеть не могла! Оттого и закрутила шашни с первым встречным. Да нет, не с первым встречным. С тем, кто был так же вспыльчив, как ее муж, с тем, кто вполне мог превратить ее в безутешную, но очень богатую вдову. И костыль выскользнул из ладони. – Ах ты лживая гадина! – в сердцах рявкнул Рьян. Добронрава упала, закрылась руками от нависшего над нею страшного оскала, слюна капала с зубов псицы ей на чело, мощные лапы упирались в грудь, не пуская встать. – Инвар! Инва-а-ар! Отзови свою суку! Заслышав плач жены, Инвар сразу успокоился, Рьяну и держать его не пришлось. – Верная! Верная, ко мне! Сука неохотно подчинилась и вопросительно заскулила. Рьян почти дружески пихнул рогоносца в бок и спросил: – Ну что, мужик, понял ли, что случилось? Инвар растерянно погладил любимицу по ушам. Нет, он решительно ничего не понимал. – Тебя жена в Тень отправить хотела! С моей помощью! И я, дурень, чуть не повелся! «И повелся бы, – добавил он мысленно, – случись драка седмицей-другой раньше». – Добронравушка? Брови любушки искривились жалостливо, подбородок задрожал: ни дать ни взять невинную девку в разврате обвинили! – Но-но, – одернул ее северянин. – Ты сопли-то подбери. Еще мгновение казалось, что она вот-вот разрыдается, но Инвар, как это всегда случалось, не кинулся ее утешать, и представление пришлось прекратить. – Да чтоб вы оба подохли! –крикнула Добронрава, впервые за долгое время искренне. – Что один слюнтяй, что другой! Наказали же меня боги муженьком! Инвар, что расселся?! Живо в дом! Мужик будто бы собрался послушаться. Закряхтел, приподнялся. Верная псица осторожно прикусила его за плечо, пытаясь остановить, но Рьяну то удалось лучше. – Погоди, мужик. Ты головушкой-то подумай. Он положил ладонь на второе плечо Инвара. Тот глянул направо, на Верную, налево, на северянина… – Это… как же? – пролепетал он. – А вот так. Она надеялась, что мы друг друга прибьем. – Ничего подобного! – возмутилась Добронрава. – Я надеялась, что ты муженька моего порешишь, а тебя потом Посадник приговорит. – Сказала, что ты ее колотишь почем зря. Инвар едва не задохнулся: – Кто?! Я?! – Ты, ты. Что в могилу свести обещался. – Добронравушка, любая моя, да как же?! – А ты больше этого враля слушай! Пошли в дом! А ты, рыжий, проваливай! Чтобы духу твоего… – Добронрава осеклась, видя, что муж не спешит выполнять приказ. Тогда любушка засюсюкала: – Ну что же ты, сердце мое? Кому веришь, пришлому человеку или своей зазнобушке? Врет он все! Захотел тебя убить, а меня себе силой взять! |