Онлайн книга «Йага. Колдовская невеста»
|
– Садись с нами да рассказывай, с чем явился. Чего пыль вытирать? Йага надулась: пыли в доме никак быть не могло, она только перед баней все вычистила! Пацан упрашивать себя не заставил, тем более что и сам уже косился на колбасу. Напихал полный рот и попытался объясниться: – Муа пшашаны фа фефмой! Фефуфа фафал… Кожевник положил емуна плечо широкую длань: – Ты прожуй для начала. Куда спешить-то? Малец же замотал вихрастой головой, с усилием проглотил и затараторил: – Нет! Надо прямо сейчас! Дедушка бороду рвет, сестры голосят! Лекарка треба немедля! – Он вскочил и кинулся к дверям, но, когда понял, что за ним не спешат, вернулся и потянул ведьму за край юбки. – Очень-очень надо! Не то Светла помрет! Дед велел бегом бечь! Рад закинул ногу на ногу. – Ну что, лекарка, пошла о тебе молва! Теперь отбою от просителей нет, – хмыкнул он. А Рьян подозрительно спросил: – Куда бечь-то? – Как куда? Домой! – Пацан едва по лбу себе не постучал. Вот же непонятливые! – Ну? – К жрецу! Йага сбледнула. – Дед твой – жрец? – Ну да! Государыня ведьма, ну пойдемте! Дюже треба! Пританцовывая на месте от нетерпения, мальчишка не забывал таскать со стола и изничтожать колбасу. А ведьма подумала-подумала да и поднялась. Рьян ее к стенке прижал, когда ходила за лукошком со снадобьями. – Совсем рехнулась? Она оставалась такой же бледной, но желтые глаза сверкали строптиво. – Там человек умирает. Что мне, сиднем сидеть? – И что тебе до того человека? Родной, что ли, кто? – Может, и родной, – непонятно отозвалась колдовка. – Жрец тебя, дуру, зовет! Жрец! Понимаешь? Да он спит и видит, как бы тебя со свету сжить! В поисках поддержки Рьян глянул на Рада, но тот поднял руки, мол, разбирайтесь сами. А Йага все о своем: – Меня о помощи просят. Неужто откажу? – А когда я прошу, отказывать можно? Рьян ляпнул, не подумав, но Йага поняла по-своему и покраснела. – На суде дед меня оправдал, значит, и без суда не навредит. А ты, коли боишься, пойдем со мною. – Да уж конечно! – вырвалось у проклятого прежде, чем он сообразил, что девка вновь его переиграла. – Пирожки только… Рад, проследи! Усмарь похлопал себя по выпуклому животу и счел, что пирожки в него еще вполне влезут. Пообещал: – Не забуду. Пришлось Рьяну сцепить зубы и плестись к жрецу. Кто, окромя него, ведьму оборонит? Нынче снег снова сменился промозглым дождем. Морось падала медленно, почти висела в воздухе, потому сырость пробиралась в сапоги, под телогрею и гладила грудь. А быть может, вовсе не потому холодело под рубахой, может, северянин и впрямь испугался. Да ну, враки! Пацан примчался не один, а с возничим. Правда, последний ждал их на соседней улочке: не дай боги,поползут слухи, что колдовку повезли к жрецу! Нечистую девку стоило бы из города погнать, а лучше сдать Посаднику, не то что о помощи просить. Но просили. А как? Нужда заставила. – Головы токмо укройте, – посоветовал возничий. – Чтоб не опознал кто… Лошади обеспокоились, унюхав зверя, шарахнулись от проклятого, заржали, но сразу получили по крупам за шум. И постучали копытца по чистенькой мостовой – самой короткой дороге, которой в непогодь пользоваться строго воспрещали. Да мало кому и надо было: все сидели по домам, готовились к празднику. Светились теплом окна, струился дымок из труб, доносились откуда ругань, откуда смех со звоном посуды. Рьян в который раз проклял себя за нелепые надежды, но все ж обнял свою лесовку, а она доверчиво прижалась к нему. Храбрилась… а все одно меньше всего хотела вновь встретиться со жрецом. Вот и что с нее взять? |