Книга Как обмануть смерть, страница 103 – Келли Мединг

— Чем ты меня накачала? — спросила я, удивленная тем, как невнятно прозвучали мои слова.

— Пентотал натрия. Хотя, если восстановление после сотрясения мозга можно считать улучшением, он довольно быстро выйдет из твоего организма.

Хорошо. Я презирала это безмолвное ощущение, будто меня накачали наркотиками. — Как Феликс?

— Злится.

— И щеголяет огромным синяком под глазом, — добавил Майло с забавной заминкой в голосе. И холодной яростью, кипящей в его глазах.

Я взглянула мимо него на Тибальта, который смотрел на меня, как хищник, оценивающий еду. Ждет, когда я попытаюсь сбежать. Что ж, ему придется немного подождать. Мозговые «пушистики» плохо влияют на концентрацию внимания. Не говоря уже о балансе.

— Нам надо поговорить, Стоун, — проговорила Кисмет.

— Нет, не надо.

Она моргнула. Неужели я действительно произнесла это вслух? Люди называли пентотал натрия сывороткой правды, и чертовски ясно, что она хотела получить, накачав им меня. У меня еще куча дел, но болтовня с куратором в список не входит.

— Где гремлины? — спросила я.

— Мы сделали им предложение, — сказала она. — Новый, более крупный завод в доках Черной реки, а также трейлер с хлебобулочными изделиями в обмен на немедленное освобождение этого места.

Потрясающе. — Где?

— Сейчас это не имеет значения, хотя один из них сказал, что это принадлежит тебе. — Она встала и вытащила из кармана флешку. — Заставил меня пообещать, что ты увидишь ее, прежде чем он согласился на переезд. Итак, ты видишь ее? — Она подержала флешку между большим и указательным пальцами, а потом уронила. Прежде чем я успела протянуть руку, она ударила каблуком ботинка и ее раздавила.

— Черт возьми, Кисмет! — У меня упало сердце. — Ты знаешь, что там было?

— Да.

— Неужели? — Такого я не ожидала. — Каким образом?

Тибальт бросил что-то на пол у ног Кисмет. Оно ударилось с тихим лязгом, не больше четвертака тонкой проволокой длиной с мой мизинец. Моему помутившемуся разуму потребовалось мгновение, чтобы понять.

— Дерьмо, — выругалась я, понимая, что происходит. — Вы прослушивали палату Вайята.

— И твою квартиру, — добавила Кисмет. Мне хотелось разозлиться на нее, но вместо этого я чувствовал себя ужасно глупо. — Я не люблю, когда меня держат в неведении, Стоун, да и другие кураторы тоже. Со вчерашнего утра ты ведешь себя как неуправляемая. Не докладываешь, не держишь нас в курсе, а потом я узнаю, что ты охотишься за нашими боссами.

— Они отдали приказ…

— Это не имеет значения! Мы получаем жесткие приказы, Стоун, это наша работа. И это их работа — принимать трудные решения и передавать эти приказы нам, чтобы мы могли передать их вам. Руфус — мой друг, и я хочу видеть его смерть не больше, чем ты, но он знал, чем рискует.

Я отрицательно покачал головой. Туман начал рассеиваться. — Дело уже не только в резне Уолкинов, Кисмет. Дерьмо, которое я продолжаю выкапывать, указывает на что-то чертовски страшное, чем уничтожение одного клана. Что-то чертовски огромное вот-вот рухнет.

Она скрестила руки на груди, презрительно и печально. — Ты видишь заговоры там, где ихнет. Знаю, ты хочешь отомстить за то, что начальство сделало с тобой, я понимаю это…

— Господи, кто-нибудь, пожалуйста, сделайте рассылку! Дело не во мне. — Я села немного прямее, сохраняя расслабленное положение. Нет смысла предупреждать их о том, что действие наркотика ослабевает. — Может быть, сначала, да, я хотела выяснить, про боссов, чтобы отпинать их коллективные задницы. — Я сама себя шокировала этим открытием — тем, в чем не хотела признаваться вслух. Что начала эту новую миссию с очень эгоистичной целью, замаскированной под добрые намерения по отношению не только к Руфусу, но и к трем последним выжившим Кони.