Книга Тьма в объятиях света, страница 157 – Елена Инспирати

Я обняла его так крепко, как только могла. Попыталась быть сильной для него. А он, в свою очередь, ответил мне той же стойкостью и той же эмоциональной поддержкой.

– Алекс, папу забрали, и вряд ли он вернется домой прежним.

– Главное, что он вернется! – Его пальцы сильнее впились в мою сорочку, а голос обрел ранее не слышимую мной взрослую для него окраску. – И ты!

– Ты обещаешь мне быть сильным?

Такая глупая просьба, ведь Алекс и так показывал силу, не свойственную его возрасту, готовность к принятию и прохождению испытаний. Он понимал куда больше, чем я могла предположить, и будто знал всю тонкую прослойку правды в происходящем.

– А ты?

– Да, конечно, – уверенно ответила я.

– Тогда я тоже.

Я сомкнула веки, когда краем глаза заметила, что маму перекладывают на носилки. Мне нельзя было смотреть на то, как ее лицо накрывают белой тканью, я бы надломилась уже в тысячный раз и вряд ли смогла выполнить обещание, данное брату. Но Алекс смотрел, он сильнее сжимал меня в своих объятиях, стискивал зубы и заставлял себя дышать глубоко и ровно.

– Достаточно, – послышался голос со стороны. Младшего брата стали оттаскивать от меня все с такой же небрежностью, словно щенка.

Тогда я вспомнила, что Алекс был в списке возможных безупречных светлых. Он находился в такой же опасности, как мама, как Джой и многие другие, легко подверженные идеально проработанным препаратам. И, если обратить внимание на ненависть к светлым, которая сидела в его сердце после всего произошедшего, он был опасен для светлого мира, даже не являясь по сути безупречным.

Забрали папу, заберут и его.

Я начала взглядомискать Дэйва, совсем позабыв, как ранее его уволокли прочь из зала. Попыталась найти хоть одно лицо, которое могло проявить сочувствие. Но в глазах у присутствующих отражался лишь шок, страх. И когда я заметила пристальное внимание старого друга, единственного не ушедшего с другими, не почувствовала и капли былого хорошего отношения к себе.

– Нейт! – воскликнула я.

Он стушевался, стоящая рядом с ним женушка презрительно фыркнула. Оба они демонстративно отвернулись и сделали шаг назад, исчезнув с моих глаз.

– Прошу, не трогайте хотя бы брата!

Я молила, стоя на коленях, потеряв остатки самоуважения. Но Правитель светлых лишь устало махнул рукой, и Алекса повели в том же направлении, куда ранее утащили остальных.

Я не знала, что происходило за стенами пропитанного несправедливостью помещения, не имела ни малейшего представления о том, что будет со всеми, когда наступит новый день.

Люди вокруг замели следы вынесенного приговора, и все стало таким, как в самом начале.

Снова я, стоящая перед Правителем светлых, и растущее любопытство сторонних наблюдателей. Изменилось только мое лицо: оно стало красным и опухшим от слез. И появился размазанный кровавый след на стекле, оставленный Брайеном после череды мощных ударов.

– Светлая сторона выполнила вынесенный приговор. – Правитель светлых самодовольно повернулся лицом к темным и с нетерпением стал ждать, когда приговор исполнят по отношению к Брайену.

Его, как и меня, вернули на прежнее место и заставили смотреть вперед. Они даже поверили, что все же хоть немного имели над ним власть, хотя пару минут назад он, будучи в плохом состоянии, быстро избавился от их самоуверенных хватов.