Книга Тьма в объятиях света, страница 78 – Елена Инспирати

Сквозь пелену я услышала чьи-то шаги. Сердце импульсом пустило кровь, пропитавшуюся страхом, и я, наконец-то, пришла в себя, сразу предприняла попытку встать, но тяжесть в голове повалила меня обратно.

Я постаралась сфокусировать взгляд, разглядеть хоть что-то в помещении с едва поступающим в окно лунным светом, но я как будто находилась в черной коробке. Пустота и мрак, стены, которые словно шептали мне, что выхода нет. Голова заныла в месте ушиба, когда я все же вновь попыталась подняться. А когда повернулась в сторону изножья кровати и заметила, как на стуле располагался чей-то силуэт, колющая боль в черепе усилилась.

Человек склонил голову, и его голос пробился словно сквозь вату.

– Здравствуй, Аврора.

Из меня вырвался визг, и я впечаталась лопатками в изголовье кровати. Я не чувствовала никакого запаха темного, осознавала, что не обожгу, не смогу защититься. Челюсть слишком сильно дрожала, зуб на зуб не попадал, но я все же волшебным образом задала вопрос:

– Кто вы?

Человек молчал, кажется, продолжая пялиться на меня, и взгляд его ножом проходился по грудине. Я попыталась повторить вопрос, но слова застряли в глотке. Ответ от неизвестного все же последовал:

– Правитель темного мира.

Его слова влетели пулей в грудь. Я широко раскрыла глаза, впилась пальцами в простыни и отчаянно пожелала сделать хотя бы один безболезненный вдох. Но все было тщетно, от страха мне становилось хуже и хуже с каждой секундой.

Я попыталась поджать ноги, но цепкие руки поймали меня за лодыжки. Пока я брыкалась, Правитель подошел ко мне и устроился на самом краю кровати. Он приподнял одеяло и пальцами прошелся по своду стопы.

– И правда не обжигаешь, – удовлетворенно произнес он и рывком притянул меня к себе.

Я оказалась на краю кровати, не издав ни звука. Правитель схватил меня за щеки, повертел голову в разные стороны, изучил лицо. Пока он держалменя возле себя, я почти не дышала, так как воздух между нами был пропитан моим кошмаром и его идиотским величием. Ради собственной гордости я предприняла попытку воспротивиться, попыталась оторвать от себя пальцы, но получила унизительный шлепок по плечу, а затем бедру.

– Бойкая. Есть в тебе что-то от темного мира.

Я замерла, когда он прикоснулся к ушибу на голове и будто с заботой поправил волосы. После он сдернул с меня одеяло.

– Встань.

И вместо того, чтобы прикрыться, я покорно поднялась.

Сорочка доходила до середины бедра. Разрез, который я считала весьма соблазнительным раньше, стал мне ненавистен. Он разорвался по шву выше, из-за чего дошел до тазовой косточки. Возможно, это произошло, пока меня несли или везли к Правителю. Я чувствовала, как именно этот участок кожи горит от мерзости наблюдателя. Я коснулась его, и по телу разлилась боль.

Там определенно был синяк.

Я постаралась абстрагироваться от этого, забыть о том, что на мне нет бюстгальтера, что только ткань сорочки на тонких лямках прикрывала грудь. Я была выставлена напоказ почти голой, и мне пришлось приложить титанические усилия, чтобы сдержать рвотный позыв.

Каждая секунда была пыткой. И когда Правитель разрешил мне сесть, я испытала крошечное облегчение. Я моментально натянула на себя одеяло и спрятала лицо за прядями спутавшихся волос. Только так и могла защититься. И только полное послушание, покой и податливость могли дать время мне и ребенку на спасение.