Книга Свет, ставший ядом, страница 73 – Елена Инспирати

– Как ты себя чувствуешь, доченька?

– Уже хорошо, мам, – после вопроса я начала быстрее застегивать сапоги. Как назло, замок заело.

– Дэйв говорил, что тебе очень плохо и ты бы хотела поспать. Как-то непохоже, что еще вчера ты была прикована к постели. С тобой точно все хорошо?

– Да, мама, все прекрасно! – на взводе ответила ей, выпрямившись и агрессивно посмотревв ее удивленные глаза. Пряди моих светлых волос упали на покрасневшее лицо, и я с еще большим раздражением откинула их обратно.

В эти секунды я видела перед собой женщину, которая была заодно с правительством, которая была причастна ко всем нашим страданиям. Я была ослеплена злостью и желанием высказать ей все. И не заметила, как Дэйв в одно мгновение застегнул молнию на моих сапогах, а затем намотал на мою шею длинный шарф.

– Кажется, ей снова нездоровится.

Дэйв насильно повернул меня к себе лицом, и начал натягивать пальто на напряженное тело. Я молчала и не противилась, хотя меня все вокруг раздражало.

Он одной рукой сжал мое плечо, а второй поднял лицо за подбородок.

– Попрощайся с родителями и братом, – строго произнес он.

Еще несколько секунд я как вкопанная обдумывала его слова, а затем почувствовала, как злость отступила, пелена спала с глаз. С виноватым видом я повернулась к своей семье, как ни в чем не бывало быстро обняла их и поцеловала, заостряя внимание лишь на Алексе.

– С днем рождения, – поздравила с искренней улыбкой, но он не ответил мне тем же.

Брат крепче сжал меня и прошептал на ухо:

– Если что-то не так, ты всегда можешь поговорить со мной. Я твой брат и помогу тебе. Подумаешь, что мне тринадцать. Можешь положиться, как на старшего.

– Я знаю, спасибо. – Я отстранилась и чмокнула его в щечку. Беспокойство в его глазах не испарилось.

Из дома мы почти что вылетели, чтобы не нарваться на новые неприятности и не выдумывать новую правду для мамы, которая точно готовила еще несколько вопросов, благо папа остановил ее и сказал отпустить молодоженов домой.

– Ты чуть не выдала себя. Надо контролировать эмоции, – с осуждением сказал Дэйв.

– Знаю, но меня поглотили злость и обида. Она же поспособствовала тому, что я оказалась в лагере.

– С ней что-то не так. Когда я с ней общался, она казалась мне запрограммированной. Вспомни хотя бы свои видения. Там было что-то о маме, – продолжил он.

– Да, они называли ее «безупречной светлой». Но я даже понятия не имею, что это значит и как выяснить, правда это или нет. Раз никто из светлых не знает о существовании «безупречных», значит, это тщательно скрывают.

– И значит, не стоит раньше времени превращать свою собственную маму в монстра.

– Но…

Мы уже зашли в подъезд, когда я вдруг задумалась: Дэйв ведь и сам былне в себе, но говорили только обо мне. Это лишний раз выставляло меня эгоисткой, хотя в моей голове были тревоги и о муже. Может быть, он специально отводил все беседы от себя?

– Чего замолчала?

– Мы опять говорим обо мне.

Дэйв проигнорировал мои слова. Открыл мне дверь в квартиру, стал снимать верхнюю одежду:

– Кстати, как ты себя чувствуешь? Память полностью вернулась? Никакие личности не беспокоят?

– Она вернулась сразу, но картинки были блеклые. После встречи с темным они стали ярче.

– Рад за вас.

Он так быстро ходил по коридору, суетился, я даже не могла привлечь его внимание. Что происходит? Я понимала, что мои отношения с темным не были нормой, но он сам помог мне, а сейчас вел себя так, будто я не была достойна его общества.