Книга Клятва, данная тьме, страница 219 – Елена Инспирати

– Дай мне шанс закончить все без лишнего кровопролития.

Я не осмеливалась посмотреть на маму. Опиралась руками в колени и горько плакала, содрогаясь при каждом всхлипе.

– Хорошо, – наконец ответила она. Не веря своим ушам, я подняла голову и встретилась с мамой взглядом. Она будто понимала меня, но продолжала презирать. – Но если он еще раз приблизится к тебе, умрет в муках. Я тебе это обещаю.

Сутки мама держала меня в комнате, словно в изоляторе, чтобы скрыть от папы и брата мои похождения. Я сидела под дверью и переговаривалась с Алексом, делая вид, что все хорошо.

– Ты сильно заболела? – беспокоился он.

– Нет, ты чего. Просто мама не хочет, чтобы ты заразился.

– По голосу слышу, что тебе плохо.

– Пожалуйста, не переживай и иди гулять.

Слезы стекали по моим щекам, задерживались на растянутых в фальшивой улыбке губах. Но мое притворство не помогало унять боль.

– Ты уверена?

Я услышала, как он прислонился к двери, поэтому отсела подальше и бодро ответила:

– Конечно! Все отлично, иди гулять

– Я никуда не пойду. Если что, я за стенкой. Зови.

И так целый день: то брат, то папа пытались поговорить со мной, но я лишь повторяла, что все хорошо. Даже за закрытой дверью я не могла позволить дать себе слабину, так как они могли услышать мою исте– рику.

Поздним вечером мама зашла в комнату, поставив на стол кружку чая. Строгий взгляд осмотрелменя с ног до головы, и я съежилась на кровати.

– Ты бледная, и глаза опухшие, – волнение пробилось сквозь ее злобу, но я восприняла это как галлюцинацию.

– Неудивительно, – хмуро ответила я.

– И, кажется, что-то не так с твоими волосами.

Мама внимательно смотрела на макушку, пока подходила ко мне.

– Не надо меня трогать, – вырвалось из меня. Я с ужасом в глазах отскочила к стене, боясь, что меня ударят или заставят срочно отправиться на ле– чение.

– Они все же темнеют. У меня такое происходило с глазом. Кажется, способ, который нашел твой темный, недостаточно эффективен.

Я не реагировала на ее слова, желая закончить наш разговор как можно скорее. Слишком много обиды было на нее, и чем больше мы общались, тем больше она становилась. А я хотела сохранить крупицы взаимопонимания.

– Ты меня слышишь? – она повысила голос, но я продолжила смотреть в сторону, поджав колени.

– Я не хочу тебя слушать, как и ты меня.

– Скажи спасибо, что я дала тебе одну ночь и позволила ему жить.

Челюсть сжалась, глаза зажмурились. Не сказав ни слова больше, мама ушла и громко хлопнула дверью. Но я даже не дернулась. Я уже ненавидела себя за все то, что должна буду сказать Брайену, поэтому терзала себя изнутри, забыв о внешнем мире.

Наступила ночь, я должна была навсегда попрощаться с моим темным. Маскировать последствия бессонных суток в слезах и без крошки во рту я не стала, не потрудилась надеть парик и линзы. Внешний вид – последнее, что меня волновало. Даже погода сегодня была отвратительной: моросил дождь, сильные порывы ветра взметали темнеющие волосы и холодили бледную кожу. Я ждала Брайена недалеко от дома, спрятав в рукавах пальцы и пиная траву. Вид у меня был скучающий, но так я старалась войти в образ, спрятать тоску.

– Привет, – Брайен возник из ниоткуда. Он обнял меня и погладил по голове, поправляя волосы. – Зачем ты вышла?

Я молчала. Стояла окаменевшая и ждала, когда он сам отпустит меня. Даже шею напрягла, чтобы держать дистанцию и не поддаваться чувствам.