Книга Араксия. Последнее задание, страница 239 – Магда Макушева

Буквально вчера мы с моими супругами и нашим ребенком вернулась домой после первого с момента моего переселения сюда полета на “Экрану”, где я, как официальный представитель станции, должна была присутствовать при открытии первого в галактике Млечного пути консульства системы Тирия.

Процесс вхождения Тирии в Содружество затянулся на несколько лет. Сначала было настроено безопасное космическое сообщение в обе стороны, затем налажена торговля и обмен разработками. Затем тирианские ученые приняли участие в нескольких совместных с учеными моей родной галактики проектах. Представители Тирии стали мелькать в СМИ или иногда появляться на планетах Содружества. В общем, разумные расы Млечного пути готовили к появлению в их рядах новой, пусть и несколько закрытой расы, которая если и имела какие-то особенности, но визуально мало чем отличалась от людей,верданцев, брианцев или кого-то еще.

Результатом всего этого являлось то, что открытие консульства и официальное объявление о завершении вхождения Тирии в состав Содружества, стали для жителей галактики людей логичными и ожидаемыми, а присутствие тирианцев на планетах Млечного пути - обычным явлением, не вызывающим излишний интерес или ажиотаж.

Вместе с открытием консульства, разумеется, начался и процесс по организации переселения в Тирию подходящих для мужчин этой системы женщин других рас. К этому моменту местные ученые уже доработали специальную систему проверки на наличие у женщин “нея” - внутреннего энергетического источника.

“Экрана” уже готовилась к тому, что вскоре станет центром для паломничества желающих переселиться в Тирию женщин, чему власти станции, разумеется, были только рады. "Экрану” в СМИ Содружества так и называли - “новое сердце галактики для брачного туризма”. Насколько я знала, заявки от женщин в консульство уже начали поступать.

Мой официальный визит в место, где я родилась и выросла, имел и еще несколько целей: Гео пригласил меня на свою свадьбу, и, конечно же, я не смогла отклонить это приглашение, так как очень хотела увидеть и бывшего наставника, и Вивера, и даже деда.

Амир Бреус очень просил меня привезти к нему правнука. За эти годы наши отношения стали несколько ближе и теплее, большей частью из-за моей работы. Я по-прежнему не считала Заместителя главного Советника (который к настоящему моменту стал уже главным Советником “Экраны”) важной частью своей семьи, по-настоящему родным и близким мне человеком. Скорее воспринимала как некого дальнего родственника, чьи помощь и совет иногда очень меня выручали. Я давно не держала на деда обид, давно простила его за то, как он поступил с моей семьей когда-то в прошлом. Он это понимал и принимал ситуацию такой, какая она есть, ни разу так и не попросив ни у меня, ни у мамы или брата прощения и не признавшись вслух в том, что о чем-то сожалеет. Что же, главное, что он теперь присутствовал в нашей жизни и интересовался нашими делами. А прошлое... Его все равно уже не вернуть.

С правнуком господин Бреус старался не терять контакта. Я показала Теоса деду по гало-связи сразу же после его рождения, и с тех пор мамин отец регулярно общался с моим сыном и жадно следил за всеми его успехами: первыми шагами,первыми словами и любыми другими моментами, связанными с развитием и взрослением нашего мальчика. Сын сам просил взять его на “Экрану” с собой. И да, встреча прадеда и внука была действительно очень эмоциональной, теплой и семейной. Амир Бреус так расчувствовался, что даже пустил слезу, а сын остался от деда, целого главного Советника станции, где родилась его мама, в полном восторге.