Книга Дневники Фаора. Ламий в мегаполисе, страница 133 – Наталья Екимова

Адела прислушалась к тому, что шепчет собственный дар и промурлыкала:

– Самой кражи избежатьникак не удастся, но вполне можно схитрить. Лаэль, до того, как я встретила тебя, надарил мне кучу всяких золотых и серебряных безделок. Одар, ты ведь можешь сделать так, чтобы подмены никто не обнаружил? Носить кольцо, принадлежавшее ненавистной королеве Камелота, на пальце моя госпожа вряд ли станет.

– Если ты дашь мне похожее, без проблем. Только оно должно быть точной копией примерно из того же временного периода. В этом случае я создам такую иллюзию, что даже лепрекон ничего не пронюхает. Не то что безголовая и ветреная Королева Фей.

Ланн выудила из потайного кармана в сумочке, заговорённой на совесть от порчи, потери и кражи, небольшую нефритовую шкатулку, отделанную изнутри тёмно-зелёным бархатом. Сняв крышку с растительным, явно кельтским орнаментом, девушка принялась с энтузиазмом перебирать золотые и серебряные побрякушки, бурча себе под нос:

– Ну, где же ты, милое? Я же помню, что Лаэль похвастался при этом, что оно – пара тому, что отягощало безымянный палец самой Гвиневеры, – тяжело вздохнув, яблоневая дева утроила усилия, которые закономерно в итоге были вознаграждены. – Вот оно, Диль.

– Вскоре изящное колечко из красноватого золота, щедро изукрашенное причудливой вязью охранных чар и мелкими драгоценными камушками, им неведомый мастер придал вид неземной красоты бабочек, оказалось на мозолистой ладони лепрекона.

– Ланн, а ведь его давным-давно считали пропавшим. Оно принадлежало в своё время матери Артура. Потом бесследно исчезло почти сразу после её смерти. Так это, значит, Лаэль владел все это время «Светочем Правды»! Этот артефакт подарила ей Дева Озера ещё тогда, когда та была совсем молоденькой девушкой. Его хозяина никто не сможет обмануть. Правда, если будешь сам лгать, то сила амулета покарает хозяина.

– Сделай так, чтобы вор и Королева не почуяли подмены. Настоящий же приз получит тот, кто выиграет кибертурнир «Античная экзотика».

Лукавые глаза Ланн сразу рассказали мужчинам, с каким упоением она будет наблюдать со стороны за мучениями своей госпожи. Ведь та что почти всегда врала. Зачастую, даже исключительно из любви к «высокому искусству лжи». Его та обожала ничуть не меньше, чем многоходовые причудливые интриги в собственном исполнении.

Лирдиль с тревогой посмотрел на Одара и пробурчал:

– Вот как бы нам такподменить оригинал, чтобы даже небожители ничего не заподозрили? Потом просто сделать вид, что пропажа нашлась?

– Нет ничего проще. На любой артефакт, что попадает в мои руки, я накладываю специальное заклятье «Полное подчинение». Никакие другие чары им не указ. Мой приказ всегда будет приоритетным, – лепрекон расцвёл под восхищенным взглядом Фаилы и ласково обнял жену за талию, загадочно улыбаясь. – Надо узнать у Алёны, когда ждать ограбления по-фейски, – деловито проворчал Одар. – Попасть впросак из-за собственной нерасторопности нам не с руки. Адела, сделай одолжение, поговори с подругой по этому поводу.

Ланн ломаться не стала, а сразу достучалась до журналистки. Ответ несколько обескуражил яблоневую деву, но она передала слово в слово послание из пиксельного измерения:

– Зависит всё от того,

Когда ядовитый цветок

Отринув зависть и спесь,