Книга Любви и тундра не помеха..., страница 50 – Наталья Екимова

Пётр Дарович не мог позволить археологам ещё больше отстать от рабочего графика. Как и допустить навредить нойдам и простым жителям или утащить ценный артефакт. Даже если его возраст не насчитывал несколько столетий.

Иветта, подчиняясь тихому голосу сейды, перезвоном весенних ручьёв звучащему прямо у неё в голове, разыскивала все осколки разбитого камня. Его разрушил равк в надежде, что сможет добраться до духа-хранителя этих мест. Потом благополучно уйти от расплаты за свои бессчётные злодеяния.

«Это что же надо было сделать, чтобы гранитный монолит разлетелся на такие мелкие осколки и каменные иглы»? — проворчала Иветта, от многочасовой работы в три погибели у неё уже начинало ощутимо ломить спину.

Недоумение в голосе кареглазой девушки изрядно развеселило Негостая, и он снизавшем до ответа:

— Ты тоже так сможешь, когда полностью освоишь все возможности северного колдовства. Уверяю тебя, что, когда войдёшь в полную силу, даже Выгахке и Оадзь тысячу раз подумают, прежде чем заступить твою тропу. Твоя главная сила в том, что в крови поёт ещё и родовой колдовской дар. Научись сочетать разные заклятья. Тогда сможешьизбежать многих проблем просто потому, что с тобой вряд ли кто-то захочет по собственной воле связываться.

— Если я доживу до этого светлого мгновения, уй! — острый осколок вонзился в подушечку пальца. Ветка осторожно выудила его из ранки и быстро остановила кровь, воспользовавшись нехитрым заклятьем. — Кажется, это последний. С ума сойти, сколько беспокойства может причинить всего лишь один неугомонный мертвец. Хорошо ещё, что нойдов и сильных колдунов рождается не так много. Иначе жизнь Терского берега превратилась бы в беспросветный кошмар.

— Хвала богам и предкам, до такого, пока что, дело не дошло! Идём, Иветта. Надо провести ритуал, чтобы охранный камень снова стал целым. Мы сделаем всё, чтобы подобное больше никогда не смогло повториться, — старейшина чакхли по-доброму улыбнулся ученице Гекаты.

Потом они направились туда, где их уже ждали Виктор, Трефилка, сейда и Совин.

— Неужели вот этому вороху каменного крошева можно вернуть первоначальный цельный вид? — в голосе Петра Даровича ясно прозвучали нотки сомнения.

Разум маститого академика снова зашёл в тупик. Он попытался убедить своего хозяина, что всё происходящее — всего лишь не в меру затянувшийся кошмар. Он скоро закончится. Черноволосая нойда сразу почувствовала тревогу спутника. Брюнетка ласково ему улыбнулась и легонько прикоснулась к щеке мужчины, выдохнув едва слышно:

— Потерпи ещё немного. Скоро всё вернётся на круги своя. Я понимаю, как тяжело отказываться от привычной картины жизни, но ты сильный. Поэтому справишься даже с такой проблемой.

Учёный лишь сокрушённо покачал головой и непроизвольно обнял Трефилку за плечи. Та ничем не выразила своего неудовольствия. Мудро сделала вид, что так оно и должно быть.

Сейда бросила всего один короткий взгляд на Совина, Виктора и обеих девушек, чтобы они сразу поняли. Пришло время поставить жирную точку в этой северной истории с чертовщиной и мёртвым колдуном.

— Всё будет хорошо, — саамская колдунья осторожно вывернулась из объятий ректора и быстро подошла к остальным.

В руках у неё и совиного нойда появились бубны. На этот раз пели только сейда и Негостай. Под воздействием древних чар осколки охранного камня стали внушительной глыбой. Тётка Негостая довольно улыбнулась и попрощалась со смертными. Они выручили её из весьмасложного переплёта с совсем уж непредсказуемыми последствиями и для мира духов, и для мира живых. После чего вернулась в свою вежу.