Книга Гранатовая бездна Калиройя, страница 64 – Олла Дез

Земля перестала трястись, как только поверхность полностью разгладилась. Всё успокоилось, и мы, переглянувшись, почти одновременно повернулись в сторону шатров и домиков, где оставались наши семьи.

Мы бежали, но впереди, опережая нас, тянулся синий, поднявшийся из разлома, ветер, который рассеивался между деревьями и превращался в голубой туман. Туман стелился перед нами и постепенно исчезал в траве.

Мы вылетели на поляну с домиками и шатрами. Я думала, что с визгом на сегодня покончено.

Но открывшаяся перед нами картина заставила и меня завопить в голос.

Глава 11. Любой баран считает пастуха гениальным лидером, а собаку-защитником стада, хотя они съедают больше овец, чем волки.

Залез как-то волк в деревенскую овчарню, поймал овцу, и только собрался отобедать, как овца ему и говорит:

— Выполни, волк, мою последнюю просьбу — разреши спеть тебе перед смертью песню.

Пожалел её волк и разрешил. Заголосила овца, набежали деревенские мужики и хорошенько отдубасили Волка. Лежит он в кустах, зализывает раны и вслух сам с собою разговаривает:

— И на кой мне эта её художественная самодеятельность была нужна!? И голоса-то у неё совсем нет…

Кругом были волки.

Волков было, на удивление, много. Люди тоже были, но они в основном стояли на телегах спина к спине, вооружившись чем попало — палками, половниками, вешалками. Почти ни у кого настоящего оружия в руках я не заметила. Но волки не нападали. Они только угрожающе рычали. Откуда тут такое количество волков? Да, на празднике были варги, но что бы столько!? Людей, оставшихся людьми, можно было по пальцам пересчитать!

Девушки перестали голосить, видя, что звери и не думают нападать. Некоторые волки недоуменно трясли головами и пытались выпутаться из разорвавшейся во время оборота одежды. А вот её было изрядное количество — клочья тряпья валялись по всей поляне пёстрым ковром. Единственное, что уцелело на варгах, так это широкие красные плащи. «Они просто не рвались, а распахивались на волках, когда те обращались!» — сообразила я, — «Так вот для чего они были нужны! А то — традиция, традиция!».

Мы так и стояли, образовав кольцо, взяв пример с людей на телегах, рассматривая открывшуюся нам картину. Мы жались друг к другу и с ужасом смотрели на огромных волков, пока одна из девушек не сказала:

— Так. Стоп. А чего это мы дрожим тут? Мы же Гранатоворождённые — нас никто из варгов тронуть не может, пока они в волчьей форме! Этого ещё никогда не случалось!

— Всё когда-нибудь случается впервые! — хмыкнула другая.

Только вот и я почувствовала, что это правда — не тронут они нас. Они сами пока не понимают, что происходит. Так что, мы в полной безопасности. Но тут вдруг я встрепенулась.

— Герда! — закричала я и рванула к нашему шатру.

Я отбежала уже довольно далеко,как вдруг звук рвущейся ткани заставил меня оглянуться: Гранатоворождённые девушки стремительно оборачивались в волков. Я остановилась и заворожённо смотрела на них. Платья трещали по швам, а тела покрывались шерстью. И вот уже нет на поляне Гранатоворождённых. А есть шесть волчиц. Волчицы были необычные. Чёрная шерсть со слегка красноватым отливом.

А я? Почему я не обернулась? И тут я догадалась почему. Я разжала ладонь и посмотрела на камень, всё ещё лежавший в кулаке. Если я вдруг начну тоже, как и все, оборачиваться — он упадёт и укатится. Ищи его потом — не найдёшь. Вот он и предохраняет меня от оборота. Ух как здорово. Вот не хочу становится волком! Вот совсем мне это не нужно!