Книга Право первой ночи для генерала драконов 2, страница 16 – Екатерина Скибинских

К счастью, прежде чем он успел подойти, сразу несколько столов приемной комиссии освободились, и я быстро шагнула вперед.

За столом восседал человек лет сорока, сухопарый, с бесстрастным лицом, которое напоминало деревянную маску. Он лениво скользнул по мне взглядом поверх очков.

— Имя? — Его голос был такой же, как и взгляд: безразличный, усталый.

— Элан… Эланира, — чуть запнулась я, отвыкнув называть свое настоящее имя.

— Фамилия, род?

— Нету, — ответила я, ощущая, как мои ладони начинают потеть.

Секретарь тяжело вздохнул, записал что-то в бланк, потом отложил перо и выпрямился.

— И какой же у тебя дар?

— Я… я не знаю.

— Зачем тогда сюда пришла? Это академия магии, милочка моя, — недовольно скривил губы мужчина.

— У меня есть дар, — поспешно вставила я. — На меня напал волк, и я спугнула его искрами.

Лицо мужчины приняло еще более скептическое выражение, но он все же черкнул пару строк в нужную графу.

— Ладно. Продемонстрируй эти свои искры, — произнес он, откинувшись на своем стуле, и приглашающе махнул рукой.

Эта просьба ударила по нервам как хлыст. Я ожидала чего-то подобного, но все равно почувствовала, как холодный пот скользнул вдоль позвоночника.

— Я… — начала я, но тут же замялась, ощущая, как язык прилипает к нёбу. — Я не знаю как. У меня больше так не получалось

Секретарь закатил глаза и потер переносицу.

— Послушай, девонька, — начал он с той особой интонацией, которая сразу пробуждает желание нахамить в ответ. — Магия у людей, как правило, пробуждается в тринадцать-четырнадцать. Видишь тех ребят? — Он кивнул на группу подростков. — Вот они, скорее всего, пришли не зря. А ты что? Сколько тебе годков-то, а?

— Восемнадцать, — буркнула я, чувствуя, как к щекам приливает кровь.

— Тогда сама должна понимать. Да-да, официально мы принимаем одаренных возрастом от тринадцати до восемнадцати. Но знаешь, что это означает фактически? Кто-то не успел прибыть вовремя сразу, как открылся дар. А через год заболел и снова пропустил отбор. А там еще год, в котором в академию прибыло очень много сильных магов и на этого мага средней руки мест не хватило. Вот он и попал к нам не в четырнадцать, когда дар только пробудился, а в шестнадцать-семнадцать лет. Да и вообще, у людей из народа такоебывает в разы реже. Не обижайся, это факт. Так что, скорее всего, тебе показалось. Или ты испугалась, искры от костра увидела и надумала себе, что это магия.

— Это не так! — резко выкрикнула я, чувствуя, как обида сжимает горло. — Проверьте! Посмотрите мою ауру!

Дракон бы мне точно врать не стал, особенно тогда, когда еще не знал, что я не Лан. Я прекрасно помнила, как его удивила моя аура. Но лицо секретаря тут же стало раздраженным, а в глазах мелькнуло недовольство.

— Ты вообще понимаешь, что говоришь? Ты правда думаешь, что сюда, на отбор, посадили магистров, видящих ауру? У нас тут отсев бездарностей, а не магическая консультация!

— Но… — начала я, но он уже махнул рукой, как бы отсекая мои слова.

— Все. Иди, не трать ни свое, ни мое время. Не всем суждено родиться магом. Это жизнь, девочка, — произнес он достаточно ядовито и, скомкав мой полупустой бланк, не глядя бросил в урну, почти до верха заполненную подобными. Бумажный шарик ударился о край урны и упал на мощеные плиты двора.