Книга Огня дракону! или Микстура от драконьей депрессии, страница 148 – Ирина Котова, Валерия Панина

– Значит, тебе спать, а мне – плакать по тебе всю жизнь, – пробормотала Тиана, подойдяк его морде. – У нас вообще-то свадьба через месяц! Так не честно!

И она, вытирая злые слезы, приникла к золотой безмятежной морде и стала покрывать ее поцелуями.

– Тиана, он не проснется, – неуверенно позвал ее эльф.

– Может, – услышала она тихий шепот гномки, – усыпим ее еще раз и унесем отсюда? Или, слушай, я читала легенду про принцессу, которая спала в хрустальном гробу целый век… я могу найти в наших архивах это заклинание…

– Котелок! – крикнула Тиана, отшатываясь.

Нат и Эби потнятливо переглянулись.

– И прррравда, что ли, усыпить, пока умом не повррредилась? – пробормотал Варршух.

– Леди Риваль, давайте я помогу… – осторожно двинулся к ней магистр Фрай.

– Да нет же, – развернулась она к нему. – Котелок. В нем оставалось зелье! Вдруг там достаточно Искры, чтобы его разбудить, а?

Котелок искали все вместе, обходя застывшего каменного Бергиса, – и нашли у камина, весь запорошенный пылью, но, к счастью, накрытый спинкой кресла, которая и спасла от попадания пыли внутрь. Поднимала ее Тиана с огромной надеждой и, заглядывая туда, молилась, чтобы зелье еще оставалось.

– Ну что, есть? – почему-то шепотом спросила Эбигейл.

– Немножко, – ответила Ти, глядя на плескавшееся на донышке тяжелое, как ртуть, зелье. – Ложку бы еще!

– Эта подойдет? – поинтересовался Натаниэль, помахивая «черпачком», из которого пил Бергис.

– Любая подойдет! – Тиана выхватила у него «ложку» и побежала обратно к своему дракону.

– Ну давайте же, – скомандовала она, соскребая остатки зелья. Эби, Нат, Фрай и Варршух с двух сторон с усилием приподняли дракону тяжеленную каменеющую губу, и Тиана, изловчившись, просунула черпачок в пространство меж острых зубов и вылила на язык. И еще постучала краем, чтобы все до капли вытекло.

Зелье засияло там, куда попало, крупными кляксами. Дракон пошевелился, сглотнул… и оглушающе чихнул, сбив всех с ног потоком воздуха. И снова задышал мерно и тяжело, все медленнее, медленнее.

Тиана поднялась, подошла к нему. Погладила по огромной щеке, поцеловала.

– Просыпайся, Миль, – попросила она, обнимая его как могла. – Просыпайся! Неужели не поможет? – с отчаянием обернулась она к коллегам, уже смиряясь с неизбежным. – Пряха, но как же так? Разве это справедливо?

– Несправедливо, моя девочка, – раздался всепоглощающийдивный голос, и гора распахнулась, открыв присутствующим звездное небо и бесконечные огоньки живых существ со всех сторон планеты Эрдин. В небе проявлялись контуры великолепной и огромной, на полнеба, золотой драконицы, которая смотрела на них и мягко улыбалась – как мог бы улыбаться дракон, очень острозубо.

– Пряха! – выдохнул Натаниэль и первым опустился на колено. И остальные последовали его примеру.

– Великая Пряха, – взмолилась Тиана, – пожалуйста, разбуди его!

– Я не буду этого делать, – прозвенела богиня, сотворившая Эрдин, и не успела Тиана начать умолять и обещать сделать все, что нужно, отдать все, что может, как Пряха добавила: – Потому что ты и так все сделала. В зелье было достаточно Искры. Посмотри, он уже просыпается.

Ти оглянулась – Миль-Авентис пошевелился снова и распахнул глаза. И тут же постарался подняться, чтобы склонить голову.

– Лежи, мальчик, тебе нужно прийти в себя, – великодушно разрешила богиня. Миль-Авентис послушно бухнул голову обратно на золото, ошарашенно взирая на сотворившую их мать, на Тиану, и Ти, глотая слезы, бросилась к нему, обвила руками за шею. И он, засияв золотом, обернулся человеком, да так и остался сидеть на золоте, обнимая Тиану и прижимаясь к ней.