Книга Огня дракону! или Микстура от драконьей депрессии, страница 47 – Ирина Котова, Валерия Панина

– Восхитительно, магистр Риваль! Великолепно! Обворожительно! Я уже вижу, как моя кожа становится мягкой, как на пузике у щенка! Вы так талантливы!

– К-конечно, – от экспрессии секретаря Тиана даже отступила на несколько шагов и незаметно присмотрелась: не блестят ли у него глаза, не красные ли щеки. Потому что, конечно, с Омиши они поддерживали добрые отношения, но сегодня он вел себя так, будто у него припадок.

– Я всегда говорил, что вы далеко пойдете, – тихо проговорил он и сделал непонятные знаки бровями. И Тиана наконец-то в ужасе вспомнила, что он подслушивал вчера, и поняла, что он имеет в виду!

– Мейз Омиши, но мы с ректором вовсе не…

– Я все понимаю, все понимаю, – таинственным шепотом перебил онее и сделал вид, будто зашивает губы, а потом глотает иголку. Тиану это так потрясло, что она едва удержалась, чтобы не застыть с открытым ртом, что уж совсем не подобает леди. – Поверьте, мэтрис, Омиши будет нем как рыба! – он вдруг задумался и философски заключил, – тем более, что я в какой-то степени и есть рыба.

– И все же, – попыталась выбраться леди Риваль из тенет русальей фантазии, – принимает ли сейчас ректор Миль-Авентис?

– Вас, – сказал с придыханием русал, – он всегда примет. Хотя он сегодня и не в настроении. Я доложу, – и он томной походкой направился к двери. Открыл ее, прикрыл за собой, но она закрылась не до конца…

Дракон, по всей видимости, разговаривал по визору: до Тианы донеслись обрывки разговора. И она с содроганием узнала голос королевы Миррей.

– Это катастрофа, – резко говорила ее величество, – дипломаты сбились с ног, пытаясь уладить возмущение эльфов. Полиция беспомощна, хотя роет носами землю. Мы объявили награду в десять тысяч эрингов за любую информацию о единороге, но с информацией приходят одни мошенники и сумасшедшие. Вся надежда на тебя, Миль-Авентис. Ты же знаешь, я молодая мать, мне нельзя волноваться, от этого у меня министры пропадают…

Ти вслушалась с недостойным леди любопытством. Она пару раз видела королеву, когда та приезжала с визитом в академию, и была знакома с магистром Корнелиусом Фраем, который вел курс боевой магии для старшего курса еще с тех пор, как она была студенткой, а он совмещал должности придворного мага, преподавателя и не был мужем Миррей Второй.

После того как они поженились, Академия бурлила год, не меньше, и только нового ректора обсуждали дольше.

– Я тоже рою землю и хвостом и носом, ваше драгоценнейшее величество, – ответил он непривычно безэмоционально. – И пока, к сожалению, я бессилен. Нужно время, наберись терпения. А чтобы эльфы не нервничали… хочешь, украду их принцессу? Они мигом забудут про единорога.

– Но-но, – погрозила ему невидимая собеседница. – Эльфийская принцесса – моя далекая прабабка, между прочим. Ей сейчас около трехсот лет, мы с Корнелиусом скоро поедем на ее юбилей. После того как мой прапрапрапрадед-людин умер, она вернулась в Чащу.

– Ах, да, постоянно забываю о ваших забавных родственных связях, – усмехнулся дракон, но как-то вяло. – Я занимаюсьэтим делом, Миррей. Единорог – не единственное пропавшее волшебное существо, и для меня это дело чести. Отвлеки пока эльфов как-нибудь, а я, если Солнечный жив, найду его.

– Надеюсь на тебя. С меня какой-нибудь занимательный подарок из сокровищницы.