Книга Огня дракону! или Микстура от драконьей депрессии, страница 78 – Ирина Котова, Валерия Панина

– И где они? – нетерпеливо приподнялся Миль-Авентис.

– В хранилище, – пожал плечами Гроул. – Я не позволил штатному магу их трогать, решил дождаться вас.

– И правильно, – дракон, поднявшись, хлопнул Гроула по плечу. – Пойдем, волк, покажешь мне находки. А затем я поговорю с контрабандистами.

Двое волков-оборотней, Гроул и Маккензи, с умилением наблюдали, как суровый и могучий дракон сюсюкает с младенцами. Малыши саламандры, освобожденные из плена, заплакали-затрещали струйками пламени, как только дракон растопил их ледяные клетки, и он тут же что-то успокоительно натрещал им на их языке, пустил из указательных пальцев тоненькие потоки энергии и сунул их мелким в пасточки. Те зачмокали как чмокают все дети, питаясь, а затем, отяжелевшие и чуть даже подросшие, заснули, став размером не с указательный палец, а с две трети ладошки. Миль-Авентис бережно взял их на руки, подул, согревая дыханием с потоками энергии и усыпляя еще больше, а затем посадил в свои волосы, где они тут же обернулись длинными змейками и обвили пряди как спиральки.

– Они так спят на хвостах своих родителей, – объяснил дракон удивленным оборотням. – Мои волосы напоены силой Пряхи, саламандрики так проспят до тех пор, пока я не найду их стаю.

Яйцо феникса размером с перепелиное он тоже напоил силой, грея и перекатывая его в ладонях, а затем вставил его в один из амулетов на груди так, чтобы оно соприкасалось с кожей. Яйцо сияло мягким светом, и внутри было видно крошечного птенца, словно купающегося в потоках пламени.

– А этот не вылупится, пока не окажется на своей родине, в вулканах Черной земли, – с сожалением сказал дракон. – Но я слетаю и туда. На моем теле ему тоже не угрожает истощение. Только сначала надо найти злоумышленника. В ящиках не было больше ничего необычного?

– Только бутылки, – пожал плечами Гроул. Во взгляде его Миль-Авентис ощущал восхищение, почти преклонение, и сдерживался, чтобы не потрепатьего по-отечески по голове. Все же для дракона все его подопечные, даже мимолетные, оставались мальчишками.

– Показывай, – велел он.

Около пятнадцати ящиков с алкоголем стояли на складе вещдоков управления. Дракон прошел мимо них раз, два, вытянув руку, затем хищно усмехнулся, легко переставил несколько тяжеленных ящиков в сторону – внутри жалобно звякнули бутылки – и добрался до стоящего в глубине.

– Тут спрятаны какие-то магические артефакты, – сказал он. – Вскрывайте.

Через несколько минут он держал на мокрой от русальего самогона руке несколько тонких косточек, переливающихся серебром, и с сожалением смотрел на них.

– Что это? – спросил Маккензи.

– Это кости снежных гепардов, – ответил дракон мрачно. – Крошечных вальшеров, умевших телепортироваться к себе в норы и к своим детенышам. Несмотря на защиту драконов, их уничтожали ради этих костей, из которых делали амулеты телепорта, – он отложил косточки и взял еще одну бутылку. – Тут тоже что-то есть.

В общей сложности было раздавлено около восьми бутылок, и в них, помимо косточек снежных гепардов, были обнаружены несколько капсул с запрещенными к обороту магическими редкими травами и куски драгоценной руды.

– А это что? – в который раз спросил Гроул, ощущавший себя учеником на уроке.

– А это слюда из долины, в которой, по легендам, Пряха и создала всех богов, чтобы присматривать за нашим миром, – отозвался дракон, прикладываясь щекой к таинственно переливающемуся камню, внутри которого вспыхивали и гасли звезды. – Идеальный накопитель магической энергии. Место считается священным и… – он вздохнул, – известно только богам и драконам.