Книга Миссия: соблазнить ректора, страница 83 – Ефимия Летова

— Это бред! — возмутилась я. А потом вспомнила о кражах. — Тут всё под контролем, студенты не достанут лишнего!

— Наивная дурочка. Кто-то из преподов, конечно, в доле. А то и сам ваш разлюбезный ректор. Вот и повод прижучить нахала безродного… Пей, кому говорю. До утра ещё далеко.

Внезапно мимолётно касающаяся меня до этого момента рука вдруг осмелела и легла мне на грудь, а я неуклюже отпрянула и внезапно поняла, что при относительно ясной голове тело меня почти не слушается.

Вот ведь… мрак!

— А ну, иди с-с-сюда! — верлад икнул и снова похлопал себя по бедру. — К ноге, сучка! Брезгуешь, что ли?!

Я испытала огромное желание самой стукнуться лбом об тазик.

— Эстей вам не говорил, что меня трогать нельзя? Меня нельзя трогать! — я попыталась изобразить уверенность, которую вдруг резко перестала чувствовать. Верлад скорчил рожу и погрозил мне пальцем.

— А мне он н-не указ! Я с-сам решаю, с кем мне с-спать, а н-не он… Ид-ди к папочке Сурему, к-кому г-г-говорят!

Он потянул меня на себя, я же, наоборот, стала отодвигаться. Играть в перетягивание на кровати было неудобно, верлад рывком поднялся — и, очевидно, позабыл про пресловутыйтазик. Нога «покровителя» попала именно туда, он поскользнулся, взвыл, нелепо вскинул вверх руки и свободную ногу — и рухнул, пискляво ойкнув. Взметнулся фонтан ещё теплых брызг и комочков пены, раздался металлический звон завертевшегося волчком тазика, сдавленный всхлип — и тишина.

Страшная, страшная тишина.

Я не поверила ни собственным глазам, ни ушам. Застыла на кровати, а потом осторожно, на четвереньках подползла к краю. «Покровитель» неподвижно лежал на полу в брызгах воды, с закрытыми глазами.

В первый момент мне показалось, что темные лужицы под ним — это кровь, хотя даже от разбитой головы столько крови вроде никак не могло натечь… Или могло?! Я шумно сглотнула — во рту моментально пересохло, живот противно сжался. Надо было срочно выяснить, всё ли с Диолем в порядке, проверить пульс (где его там проверяют?), посмотреть зрачки (а что там смотреть?!) или хотя бы выяснить, дышит он или не дышит. Я уставилась на грудную клетку, избегая смотреть верладу Сурему в лицо. Дышит или не дышит?! Может, у меня в глазах рябит? Чем дальше, тем больше я сомневалась в том, что вижу, тем страшнее становилось оставаться наедине с неподвижным телом в полной тишине. А вдруг его ещё можно спасти?!

«Не спасёшь, — захихикал противный голос внутри. — Никого ты не спасёшь. Мертон умер, так? Трупы рядом с тобой так и множатся. Теперь ты обречена. Обречена!»

Я шлёпнула себя ладонью по щеке, слезла с кровати и как была, босиком, рысью потрусила к двери, стуча зубами. Не чувствуя холода каменного пола коридора, пронеслась по направлению к лестнице, поскакала по ступенькам вниз, отчего-то уверенная, что вот-вот поскользнусь и упаду, чтобы больше уже не подняться…

И почти упала — как раз в объятия поднимающегося по лестнице ректора.

— Лада? — Миар уставился на меня, потом бросил взгляд на мои босые ступни. Мраков Лестарис, не упустит ни одной важной детали… — Вы уже завершили ваш… визит вежливости к старому знакомому? Судя по запаху, весьма успешно.

Однако злая насмешка тут же уступила место сосредоточенной тревоге.

— Лада? Что произошло? Верлад Диоль…

— Мы расстались, — я одновременно рассмеялась, почувствовала, как глаза наполняются слезами, и застучала зубами ещё сильнее.