Книга Позор рода, или Выжить в академии ненависти, страница 161 – Анастасия Милославская

Их! Мои крылья! Выскальзываю из кровати и вскакиваю на ноги, какая есть. Без одежды.

Распрямляю руки, ожидая сама не знаю чего. Как их вызвать? Как призвать мои крылья? Теперь я настоящая дракорианка!

— Медея, что, мать твою, с твоей спиной? Это сделал Оскар?

Я замираю, меня опускает с небес на землю. Я совсем забыла о своей «милой» особенности.

Оборачиваюсь, и запоздало прикрываю грудь руками. Чувствую, как лёгкий румянец заливает щёки, юркаю обратно к кровати и тяну на себя покрывало, прикрываясь.

Майрока не смущает его нагота, он привстаёт на локтях, хмуро глядя на меня.

— Повернись, — в его тоне проскальзывают стальные нотки.

— Не на что там смотреть. Да, это сделал дядя. Он говорил, что из меня нужно периодически выбивать дурь, иначе я становлюсь слишком дерзкой, — негромко отвечаю я, а затем усмехаюсь: — Но я всё равно была дерзкой.

Но Майрок не разделяет моего веселья. Он стаскивает с меня одеяло, не обращая внимание на протестующее ворчание.

— Повернись, — снова приказывает он.

Раньше я немного волновалась, что кто-то увидит шрамы. Я не считала себя уродиной, просто не хотела, чтобы на меня пялились. Но сейчас столь пристальное внимание вгоняет меня в ступор и лёгкий стыд.

Майрок привык к идеальным девушкам, я уверена. Красивым, холёным, пахнущим дорогим парфюмом. А тут я… во мне мало от первых красавиц академии.

Но я перебарываю себя и разворачиваюсь, свешивая ноги с кровати. Перевожу взгляд на окно. На улице стелется серебристый туман, пряча в своих холодных объятиях старые леса, виднеющиеся вдалеке. Поля мерцают под бледной луной.

Тишина в комнате густая и вязкая. Давящая.

Я вздрагиваю, когда рука Майрока касается спины. Дыхание перехватывает, когда я чувствую, как он проводит по коже пальцами, очерчивая один из шрамов.

Эйфория от нашего единения проходит. Я чувствую себя искалеченной этой жизнью. Я с дефектами и внутри, и снаружи, в этом нет сомнений. Майрок же идеален, он хозяин этой жизни.

Сколько ещё я буду ему интересна? Может, получив своё, он охладеет?

— Медея, — Майрок обнимает меня со спины, рывком притягивая к себе и обхватывая руками живот.

Я чувствую его горячее голое тело и замираю, прикрывая глаза.

— Знаю, что я странная. Иногда мне кажется, что я уже не стану полноценной частью этого мира. Может быть дядя всё-таки и правда выбил из меня что-то важное. А может это сделала жизнь… — шепчу я скорее себе, чем ему.

Руки Майрока вздрагивают, а в следующую секунду сжимают меня ещё сильнее. Он мимолётно целует меня в висок.

— Ты не странная. Не уверен, что встречал девушек сильнее тебя. И храбрее.

— Звучит,как лесть, или попытка утешить, — хмыкаю я.

— Звучит, как правда. Ты слишком многое перенесла. И мне жаль, что я стал частью твоей боли.

Я открываю глаза и откидываю голову Майроку на плечо.

— Раньше я считала, что все мои беды из-за тебя, — отвечаю я, лениво разглядывая дорогую лепнину на потолке. — Но в последнее время поняла, что просто таков наш мир. Я была слишком мала, чтобы защитить себя, и меня перемололо в жерновах интриг и чужих амбиций. Я была разменной монетой в игре моей семьи. Даже, когда дело касалось отношения ко мне отца.

— Ты имеешь право ненавидеть меня. Я не собираюсь лгать. Мне по-прежнему не жаль, что я убил твоего отца. Он заслужил это. Но мне жаль, что я заставил тебя страдать. Ты прекрасное создание.