Книга Шарм, страница 191 – Трейси Вульф

Жесть, что этому дракону пришлось умереть. Но, снова повернувшись к Хадсону, я не могу не признать, что, если бы погибли мы, это было бы еще хуже.

Я не желала этой схватки, и не я ее начала, но я также не стану от нее убегать. Ни сейчас, ни в будущем, если тот другой дракон-самка вернется.

С тех пор как я очутилась в странном, ужасном и полном чудес мире сверхъестественных существ, я знаю наверняка – судьба найдет тебя, готова ты к этому или нет.

Но, когда Хадсон выходит вперед и обвивает мое тело липкой кровавой рукой, я не могу удержаться от мысли, что мне лучше приготовиться.

– Хадсон –

– Как ты? – спрашиваю я Грейс. Мои руки все еще дрожат, когда я притягиваю ее к себе, чтобы увериться, что она действительно здесь, что она жива.

Она многозначительно смотрит на меня:

– Я в порядке. Однозначно.

– Зачет, – смеюсь я, потому что что еще я могу сделать? – Ты не пострадала?

– Кажется, нет. – Она отходит назад, чтобы лучше рассмотреть меня. – А ты? У этого дракона были острые когти.

– Со мной все хорошо.

– Хорошо? – тонким голосом повторяет она. – С тобой все хорошо? Ты это серьезно?

– Я имел в виду…

– Этот дракон ударил тебя об стену здания, – перебивает меня она, загибая пальцы. – А потом он уронил тебя на землю – причем дважды…

– Но я ударился о землю только один раз, – говорю я, пытаясь повернуть этот разговор в другое русло до того, как она распалится еще больше.

Но, похоже, я сделал это зря, потому что ее голос вдруг становится еще тоньше и выше:

– Можно подумать, это имеет значение. Ты весь покрыт кровью, и я тоже…

– Как бы то ни было, это не наша кровь. – Я смотрю на нее с самой обаятельной улыбкой, какую только могу изобразить, если учесть, что я действительно весь залит оранжевой кровью.

– Ты не можешь этого знать, – рявкает она. – Мы проверим это утверждение после того, как примем душ. Только тогда мы удостоверимся, что у тебя нет травм.

Я хочу напомнить ей, что я вампир и могу чуять кровь издалека – и могу отличить человеческую кровь от другой, например драконьей, даже не думая об этом. Но, судя по выражению ее лица, лучше всего просто оставить эту тему.

– Ничего себе, девушка-горгулья, – говорит Кауамхи, когда она и остальные приближаются к нам. – Кто бы мог подумать, что ты так крута?

– Только не я сама, – отвечает Грейс, вздрогнув. – Хотя должна признать, что ты здорово бросаешь лассо.

Кауамхи широко улыбается:

– Да, я умею управляться с веревками.

– Ты что, выросла на ранчо? – спрашивает Грейс.

Луми и Оребон смеются, а Кауамхи только улыбается еще шире:

– Ага. Будем считать, что так и есть.

– Знаешь что? Это не важно. Я не хочу ничего знать. – Грейс поднимает руку: – Думаю, мое сердце не смогло бы этого выдержать.

– Тебе надо вернуться в гостиницу, дорогая, – предлагает Луми. – Чтобы ты смогла…

– Помыться с отбеливателем? – договаривает Грейс.

– Да, точно.

– Это правильное решение. – Она делает пару шагови останавливается. И я впервые вижу, что она растеряна и выбита из колеи, то есть выглядит так, как, должно быть, и чувствует себя. – А в какой стороне находится гостиница?

– Она вон там, Грейс. – На этот раз я обнимаю рукой ее талию – чтобы направить ее в нужную сторону, да, но еще и для того, чтобы поддержать ее. В реакции, следующей за всплеском адреналина, нет ничего приятного, а у нее – я в этом уверен – такая реакция может начаться в любую секунду. И я хочу доставить ее в наш номер до того, как она накроет ее слишком сильно.