Книга Шарм, страница 273 – Трейси Вульф

– Да. – Я вздыхаю. – К моему большому сожалению.

Она вскидывает одну бровь:

– Поскольку ты находишься здесь – то бишь в Норомаре, – могу ли я взять на себя смелость спросить, не связана ли эта проблема с малым по имени Суил?

Я тяжело вздыхаю и рассказываю ей все. О том, что на посту мэра Суил превратил Адари в прибежище для чужеземцев в надежде привлечь еще одного дракона времени, энергию которого он мог бы вобрать в себя, о том, что на восходе солнца он собирается пересечь барьер между двумя мирами и расхреначить к чертям всю историю за последнюю тысячу лет.

Закончив, я делаю глубокий вдох и жду ее ответа. Ждать приходится недолго.

– Надо же. Можно было бы предположить, что за столько лет он хоть чему-то научился. – Артелия недовольно кривится.

– О, он научился много чему, – отвечаю я. – Только среди этого не было ничего хорошего.

– Вот этому я верю.

– Но ты же согласна со мной, да? Ему нельзя позволить пересечь барьер и вернуться в наш мир. Если он это сделает…

– Если он это сделает, начнется светопреставление, – договаривает она. – Да, я согласна, что этого нельзя допустить.

– О, слава богу. – Впервые с тех пор, как я наблюдала за Суилом, вбирающим энергию драконши, которую мы убили, мне начинает казаться, что у нас появилась хоть какая-то надежда.

– Но, к сожалению, я не могу позволить Асуге убить его драконьим огнем.

У меня обрывается сердце.

– Но почему? – выдыхаю я.

– Потому что все, что сжигает драконий огонь, полностью выжигается из времени.

– Как-то раз он упомянул что-то в этом духе, но я не знаю, что это значит – кроме того, что этот говнюк умрет, а это меня полностью устроит, – говорю я.

Артелия качает головой и направляется к драконше. Я иду следом.

– Это значит, что все изменится – получится, что он никогда не появлялся в Адари. А до того, как сюдаявились Суил и я, этого города не существовало. Собственно говоря, он строился и развивался вокругменя. Думаю, Суил построил его на тот случай, если я когда-нибудь освобожу эту драконшу, чтобы быть в это время рядом. Если он будет сожжен драконьим огнем… Адари исчезнет, и все его жители будут жить совершенно другой жизнью – если они вообще родятся.

Мои глаза округляются при мысли обо всех тех, с кем мы подружились в Адари, обо всех горожанах, которые здесь живут. Затем мне в голову приходит новая мысль.

– Но ты ведь по-прежнему будешь здесь. Разве этого недостаточно для того, чтобы линия времени сохранилась, раз город был построен вокруг тебя?

У меня перехватывает дыхание от мысли о том, что будет разрушено столько жизней. Мы не можем рисковать их линией времени только для того, чтобы спасти нашу.

– Думаю, ты не понимаешь, что произойдет, если я освобожу Асугу, – говорит Артелия, и я понимаю, что что бы она ни собиралась сказать, мне это не понравится.

– Это что, настолько ужасно? – спрашиваю я.

Она ободряюще хлопает меня по спине. Это не совсем то утешение, на которое я рассчитывала, но я принимаю его – потому что оно исходит от нее, а она явно не из тех женщин, которые склонны к фальши.

Особенно после того, как она добавляет:

– Дыхание этой драконши коснулось меня. Как только я разморожу ее – я тоже умру от драконьего огня.