Книга Шарм, страница 299 – Трейси Вульф

Проходит еще полминуты, в течение которых я остаюсь жевательной игрушкой для этих чертовых волков, и я решаю, что с меня хватит. Тяжело двигаться, находясь в состоянии камня, – очень тяжело, – но мне необходимо это сделать. Солнце восходит,и через несколько минут Суил сможет станет тенью и уберется из Адари, расхреначив к чертям линию времени.

С этой мыслью я заставляю себя перевернуться – к вящей досаде этих волков. Затем, оказавшись на спине, я изо всех сил ударяю ногой и одновременно так же сильно бью левым кулаком.

Одному волку я попадаю по лапе, и он с визгом падает, а второму мой удар приходится прямо в нос. Но он не падает, только его зубы вгрызаются в мою каменную руку, впиваются с такой силой, что я чувствую – и слышу, – как они царапают по камню.

Мне кажется, что они оставят на моей коже шрам, но сейчас это самая малая из моих проблем. Мне надо отделаться от этого волка, надо добраться до Суила до того, как станет поздно.

И я делаю то единственное, что могу сделать – перехожу в ту ипостась своей горгульи, находясь в которой могу двигаться и летать. При этом я пытаюсь убедить ту свою руку, которую сейчас грызет волк, остаться каменной, и я готова к тому, что произойдет, если это у меня не получится. Вернее, думаю, что готова – до того момента, когда зубы волка впиваются в мою плоть.

Черт, больно! Но я стараюсь не обращать внимания на боль и взмываю в воздух. И снова приказываю своей руке превратиться в камень, и на сей раз она, к счастью, повинуется мне. Через несколько мгновений я взлетаю высоко над площадью, при этом на моей руке все так же продолжает висеть теневой волк.

Но это длится недолго – потому что с меня хватит.

Мысленно приказав своей второй руке тоже обратиться в камень, я размахиваюсь и что есть силы бью волка в морду.

На этот раз он с визгом отпускает меня, и я смотрю – без малейшего чувства вины, – как он камнем летит вниз.

Я разворачиваюсь и вижу, что Суил все так же перемещается вправо-влево и взад-вперед. Но всего на два-три фута зараз. Возможно, это значит, что нам все-таки удастся добраться до него, когда он наконец бросится в сторону тени, которая нужна ему, чтобы выбраться отсюда.

Я бросаюсь к нему, точно не зная, что именно я буду делать, но зная, что мне необходимо что-то делать. Но не успеваю я пролететь и нескольких футов, как мимо меня проносится Хадсон – что пугает меня, потому что сама я могу летать, а он нет.

– Хадсон –

– Хадсон! – вопит Грейс, пролетая мимо меня, пока я, кувыркаясь, падаю вниз. Мне хочется сказать ей, что со мной все в порядке, но последний удар Асуги вышиб из моих легких весь воздух, и я не могу произнести ни звука.

Наконец в дело вступает сила тяготения, и я падаю на землю и несколько футов двигаюсь по ней юзом. Единственная положительная сторона всего этого – это то, что, посмотрев вверх на драконшу, я вижу, что тоже смог нанести ей немалый ущерб, и, возможно, у нас есть несколько минут до того, как она попытается атаковать нас опять.

Сейчас она сидит на крыше одного из зданий – а может быть, не сидит, а лежит, поскольку видно, что она так же измотана, как и я сам. С крыши здания течет кровь, и секунду мне кажется, что она, возможно, издохла. Но тут ее крылья начинают двигаться, и я вижу, что она пытается встать на лапы, чтобы снова подняться в воздух.