Книга Приговоренный муж, страница 43 – Александр Владыкин

К Изабелле я в эти дни не заходил. Посчитал, что это тоже будет для нее определенным наказанием. А тут еще та памятная ночь, когда Алира своим трубным гласом весь замок наполняла. В общем, есть о чем подумать моей невесте. Так сказать, взвесить, понять и сделать выводы. Хочется верить, что правильные. Хотя и очень в этом сомневаюсь. Уж очень она неуемная. С другой стороны, может быть, именно это меня в ней и привлекает? Да и кого я наказывал эти дни, тоже вызывает у меня вопросы. Соскучился я по нежности Изабеллы. Алира, конечно, горяча, но мне все-таки милей моя невеста.

А вот Элениэль и Диану я, в смысле мы с Алирой, навестили. Королева дроу прошла в камеру к своей помощнице, а я к эльфийке. Что там происходило у Алиры с Дианой, не знаю, но вышла королева от девушки очень задумчивая. Видимо, как-то не совсем так, как она планировала, беседа прошла. Расспрашивать не стал. Через день уже обеих заключенных выпустят на свободу с чистой совестью, тогда и пойму.

А вот Элениэль меня огорчила. Нет, ничего она мне неприятного не сказала. Она, вообще, ничего не сказала. Как замолчала тогда — когда лежала в моей постели, а я решал, что с ней делать, так и не разговаривает с тех пор ни с кем. Даже стражникам, которым был дан приказ каждый день интересоваться, не надо ли ей что-то принести, ни одного слова не ответила ни разу.

Я постарался ее успокоить. Сказал, что зла на нее не держу, что ее выпустят, что она останется со мной и Изабеллой. Реакции ноль. Тогда поведал ей, что, кажется, нащупал способ вернуть ей ее эльфийскую магию. Рассказал о возможностях амулета, из-за которого все у нас с ней, по сути, и началось. Ни малейшей радости не заметил. Сидит на кровати в углу, сжавшись в комок, и только следит взглядом за мной, пока я тут по ее камере расхаживаю и светлое будущее ей расписываю. Кстати, могла бы и встать, когда герцог к ней вошел. Ну, да ладно. Хрен с ним — с этикетом.

А уж концовка моего визита совсем не задалась. Подошел к девушке, нежно погладил по щеке (надеялся, что хоть это ее как-то разморозит), а потом, дурак!, не удержался и провел рукойей по груди. Внешней стороной кисти, еле-еле прикасаясь. Не удержался! Ей перед отправкой в камеру ее старую одежду — любимое ее кожаное трико, как я это называю, принесли. В нем удобнее, чем в платье срок отбывать. И так эта тонкая кожа ее достоинства облегает и подчеркивает, что… В общем, что сделал, то сделал. Да и в постель она мою забралась с вполне определенными целями. Так что думал, что небольшая ласка с моей стороны ей не повредит.

Ага. Не повредит. Поток слез. Рыдания. Истерика. Повалилась лицом в подушку и трясется вся. Хотел присесть рядом и как-то утешить. Ничего такого. Ну, там по плечам погладить, по голове. Куда там! Машет, не глядя, рукой на своего, понимаешь, герцога. Мол, уйди! Не трогай меня!

Все. Верну я ей ее магию, а там пусть делает, что хочет. Были у меня некоторые сомнения, а вернее подозрения, что Огюст что-то в связи с предстоящим ритуалом задумал. Хотел даже пока отложить его, постараться понять, как этот призрачный старикан может или эльфийке, или, что скорее всего, мне по его ходу навредить и зачем ему это надо. Но теперь рискну. И сразу после свадьбы займусь Элениэль.

Увы, но благими намерениями вымощена дорога сами знаете куда. Не в рай, а совсем даже в ад.