Книга Путь к власти, страница 105 – Александр Владыкин

Открытие! Кричал бы на моем месте Элифас. Может быть, и открою ему, что мне удалось выяснить. Но не в ближайшее время. Попробую все-таки сам сначала полностью разобраться.

С Огюстом вопрос передачи магических способностей Изабелле обсудил. И не один раз. Особенно меня интересовало, с чего он вдруг таким щедрым стал, что решил своей силой поделиться с девушкой, которая его неоднократно уничтожением его кристалла пугала.

— Мы с ней договор заключили, — не стал скрывать Огюст. — Я с ней магией поделюсь, а она проследит за тем, чтобы ты свое, данное мне еще в Турвальде, и забранное тобой после случая с Элениэль, обещание подыскать для меня подходящее тело выполнил.

А мне Изабелла об этом важном нюансе не поведала. Ладно. Вернусь, задам этот вопрос. В остальном предложение предка звучало вполне правдоподобно. И исполнимо, судя по всему. Последнее станет ясно только при проверке опытным путем.

Представлял он это себе так. Я готовлю Изабеллу к ритуалу, наношу нужные руны и узоры, потом разбиваю его кристалл и сразу начинаю подпитывать своей магией, чтобы он не развоплотился окончательно. Огюст делится с женой своими способностями, и я помещаю его в другой, подготовленный заранее, кристалл. Последний должен быть большего размера, по его просьбе. Тесно ему что ли в этом? Вообще, любопытные возможности у него в его призрачном состоянии — может передавать магию другим. Я вот, например, могу только тем, у кого способности есть. А он — всем. Меня, чего уж скрывать, он, по сути, архимагом сделал.

И вот на этом этапе мои опыты и изыскания были прерваны Амельдой, которая в мое отсутствие продолжала выполнять роль кого-то вроде главы моей канцелярии. В смысле — собирала все поступающие мне письма и донесения и пересылала их мне с гонцами.

Но на этот раз она примчалась сама.

— Вот! — с порога выпалила моя четвертая жена, протягивая мне маленькую записку. — Принцесса Солбери Габриэль мне сегодня утром в руку сунула, когда мы в одних санях в замок возвращалисьс нашего горного курорта.

Прижилось здесь это слово «курорт», а еще я ввел в обиход другое — «кластер». Произносят их наши гости с удовольствием, смакуя, как какое-нибудь изысканное кушанье.

Наверное, потом, вернувшись домой, будут рассказывать: «Был зимой на курорте в Юмиле. По приглашению самого императора. Особенно большое впечатление на меня его горный кластер произвел. Жаль, что вас он не позвал. Прекрасно время мы там провели».

Так, и что у нас в этой записочке? А в ней всего несколько слов: «Соблазните меня. Надо поговорить без свидетелей. Вопрос жизни и смерти».

— Это как понимать? — уставился я на Амельду. — Через тебя, мою жену, принцесса Габриэль, которая, если не ошибаюсь, замужем, просит ее соблазнить? Ты ничего не перепутала?

— Нет, — уверенно ответила девушка. — Она передала. И еще на словах очень тихо добавила «вопрос жизни и смерти императора».

Мда… Удивила Габриэль, ничего не скажешь. Значит, все-таки я тогда не ошибся и на пиру в честь коронации Изабеллы принцесса Солбери мне действительно пыталась подать какой-то знак. Но я об этом сразу же забыл, выбросив из головы, как ничего не значащую мелочь. А теперь вот вспомнил.

Почему не придал значения ее жесту? Уж очень эта Габриэль мне напомнила и внешне и по поведению этакую куклу Барби. Блондиночка с постоянно широко распахнутыми то ли от восторга, то ли от удивления огромными голубыми глазами, наивно хлопающая в ладоши и чуть не подпрыгивающая при любом выступлении местных лицедеев и акробатов. В общем, я бы сказал, типичная «блондинка», как их представляют в комедийных фильмах, пытающаяся в почти тридцать лет (думаю, ей должно быть около того) вести себя как маленькая девочка.