Книга Путь к власти, страница 110 – Александр Владыкин

— О вашей груди, Габриэль, мы поговорим позже, — поддержал я ее игривый тон, которым она, видимо, пыталась снять с себя то напряжение, которое испытывала все последнее время. — Раз мне придется изображать влюбленность, то наедине нам еще побывать предстоит. Может быть, тогда не только посмотрю.

Прикинув, что мы с Габриэль отсутствовали достаточно времени, чтобы ни у кого не возникло сомнений в том, чем мы тут занимались (в смысле — не занимались, конечно), предложил девушке вернуться в бальную залу, где еще вовсю продолжалось общее веселье.

Принцесса тут же натянула на лицо свою маску глупой «Барби», приложила палец к губам, давая мне понять, что мое участие в дальнейшем радиоспектакле не потребуется, и мы вышли в гостиную.

— Ах, ваше императорское величество! — завела уже известную мне пластинку Габриэль. — Вы так нежны, так настойчивы. Но я могу надеяться, что ваша очередная победа над не сумевшей устоять перед вашими чарами девушкой останется в тайне? Моя безупречная нравственность не должна вызывать сомнений. Вы же понимаете — я мать наследникам престола Солбери, и я замужем. Верю! Верю! — не дала она мне ответить, снова зашуршав своим платьем. — Вашу готовность вести себя, как пристало настоящему рыцарю, вы мне уже доказали. Даже два раза, — она весело рассмеялась. — Помогите мне, пожалуйста, надеть мое ожерелье. Мне самой трудно справиться с застежкой, — она вновь громко чмокнула себя в запястье, видимо, изображая мой горячий поцелуй ее шеи.

Нацепил на Габриэль ее магический диктофон. Сама она его и надеть не может, а не только снять и обязана таскать на себе с тех пор, как дважды смогла улизнуть из-под надзора своего отца, который ей не очень доверяет. Опасается, что она что-то кому-то расскажет о ситуации в Солбери. Конечно, не намеренно, а исключительно по своей наивности, которую она всячески демонстрирует с самого детства.

— Я очень рано начала понимать, что происходит у нас в королевстве, — рассказала мне Габриэль. — И чтобы меня не назначили наследницей и не отправили в проклятые земли, начала притворяюсь крайне недалекой. Даже совсем дурой. В результате меня признали ненадежной и неподходящей для трона и быстренько выдали замуж, чтобы я произвела на свет наследника. Сначала я радовалась, но потом осознала, что просто переложила то, чего сама смогла избежать, на собственного ребенка. К счастью, теперь у меня появилась надежда, что весь этот ужас может закончиться.

— Зачем же король Виллем взял вас с собой? — удивился я.

— Как я уже говорила, подозреваю, что из-завас, — ответила она. — О вас действительно ходят слухи, что вы ни одной юбки не пропускаете. Одних жен четыре. Думаю, если бы вы не отсутствовали все это время, отец уже как-нибудь постарался бы привлечь ваше внимание ко мне. А, может, и нет. В любом случае мое присутствие не помешает. Как можно заподозрить в коварстве человека, у которого такая глуповатая дочка. Да он еще ее и не прячет, а с собой взял? Наверное, тоже не отличается большим умом? Впрочем, мы и без него отлично справились? Не так ли? Пусть думает, что все складывается так, как он и хотел.

В бальной зале нас тут же взяли в оборот. Габриэль жестом позвал к себе король Виллем, начавший тут же о чем-то расспрашивать. И я заметил, как у него по мере ее рассказа прояснялось лицо, на котором в конце появилась довольная улыбка. А меня пригласила на танец Изабелла. Вообще-то, тут так не принято. Белые танцы не практикуются. Но моей жене, судя по всему, на это было в данный момент наплевать.