Книга Власть, страница 103 – Александр Владыкин

— Непосредственно его самого — никак нельзя убить, — огорошил меня Огюст. — Пока он находится на территории, на которую распространяется энергия его артефакта, он бессмертен. И никаким заклинанием ты ему ничего не сделаешь. А вот он может тебе хоть сжечь, хоть воздушными лезвиями изрубить, хоть туманом тления в прах превратить. В общем, тут он хозяин, и все подчиняется только ему.

— Так что жеты молчал всю дорогу об этом? — возмутился я. — Я бы уже давно думал о том, как его из его владений выманить, а теперь что делать?

— И выманить его тоже не получится, — ответил спокойно предок. — Не такой он дурак, чтобы это сделать. Да и не может он выйти. Как только это произойдет, он умрет и без твоего участия. Объясняю же тебе, что он жив и непобедим до тех пор, пока существует его артефакт. Не понял что ли?

— Понял, — кивнул я, так как до меня действительно, что называется, дошло, что мне пытается донести Огюст. — Нужно уничтожить артефакт.

— Точно, — подтвердил Огюст. — И сделать это не так уж и сложно. Это же не какой-то маленький предмет, как твоя эльфийская реликвия, а большой, занимающий целую большую залу набор разных амулетов и артефактов, соединенных рунами и узорами, по которым циркулирует энергия, поддерживающая жизнь Великого. В центре должен был располагаться вот этот вот, — Огюст сквозь кристалл указал мне на грудь, где под курткой на кожаном шнурке висел мой эльфийский золотой карандаш. — В его отсутствие Великий заменяет его периодическими жертвами. Ну, про это я тебе уже вскользь упоминал. Нужно просто проникнуть в эту залу, нарушить вязь рун, и… собственно, все.

— И как туда проникнуть, чтобы никто не заметил и не поднял тревогу? — спросил я, надеясь, что предок знает какой-нибудь способ.

— Если бы знал, то убил бы Великого, еще когда сам здесь находился, — разочаровал меня он. — Там всегда есть охрана из двух сильнейших архиличей. Но, насколько я помню, в том зале была твоя Мелисса, а ее отец, ставший пусть и слабеньким, но архиличем, служил во дворце. Может, и сейчас еще служит. Вот отсюда и исходи.

Ага. Исходи. Только отец Мелиссы ее не узнал и сам притащил в тот зал, чтобы древний принес девушку в жертву. А вот охрана сейчас может быть и ослаблена. Местный хозяин всех отправил на предстоящую войну. Есть надежда, что и своих ближайших помощников тоже. В конце концов, чего ему опасаться в собственном дворце? Надо это проверить.

Я сидел в очень неудобном кресле. С вертикальной спинкой, металлическом и крайне жестком — никакой даже самой тощей подушечки для обеспечения комфорта предусмотрено не было. И не мог даже шелохнуться. В довершение ко всему, как это почему-то часто случается, когда не можешь пошевелиться или руки чем-то заняты, у меня мучительно чесался нос. Можно было попробовать, изогнув шею, которая единственная сохраняла подвижность, дотянуться носом до плеча и облегчить свои страдания, но делать я этого не хотел. Напротив меня, через стол в куда более удобном кресле восседал древний маг и с язвительной улыбкой меня разглядывал. Извиваться, как какой-нибудь червяк, у него на глазах? Увольте.

На столе стоял кристалл с Огюстом — третьим участником наших «дружеских посиделок», как выразился хозяин.

Никаких цепей или там тяжелых оков на мне не было. В кресле меня держала магия. Какая именно, разобрать я не мог. А вот мне магия была недоступна. Никакая. И это была не блокировка ридитом, потому что воспользоваться своей приобретенной способностью обходить ее и использовать в своих целях я тоже не мог, хотя ридитовая наручь, которую я нацепил перед тем, как отправиться во дворец древнего, по-прежнему была на мне.