Книга Власть, страница 122 – Александр Владыкин

— Вот это да! — восклицает Элениэль, когда парочка скрывается за деревьями. — Когда ты мне рассказывал, что при жизни Огюст был тем еще дамским угодником, я, глядя не него, не верила, но теперь понимаю, что ты говорил чистую правду. Любопытно будет посмотреть, что у него с Люсиндой получится. Она ведь при жизни никогда не была замужем, как нам Элифас поведал. И вообще, был ли у нее когда-нибудь мужчина, большой вопрос. Ее же железной в Совете архимагов прозвали. И заслуженно.

Зря Элениэль беспокоилась и сомневалась в талантах Огюста. Когда мы через три дня навестили первых постоянных жителей нового мира, Люсинда, пока мы разговаривали с Огюстом, стеснительно жалась за его спиной и только счастливо улыбалась и постоянно пыталась нежно разгладить рукой его непослушные волосы. Ну, как говорится, совет, да любовь!

Следующие три декады я, не расставаясь почти ни на минуту, провел с Мелиссой. Надо было поднять настроение девушке, которая, по сути, оказалась единственной пострадавшей в нашем походе, да и расставание нам предстояло месяца на четыре, как минимум. Со свадьбой, к слову, следовало поторопиться, чтобы платье на невесте хорошо сидело. Выполнил я мечту Мелиссы родить от меня ребенка. Правда, она предполагала, что со временем он станет императором Кортии, а теперь этого уже не случится, но ребенок хоть как-то скрасит ее вынужденное заключение в проклятых землях.

Впрочем, проклятыми они больше не будут. Об этом мне сообщила Элениэль, котораяс нашим отрядом, обнаружив в конюшне древнего живых лошадей, объезжала в течение почти всего этого времени.

— Ричард, Мелисса, — сказала она нам, вернувшись. — У меня для вас радостная новость. Во-первых, во всех проклятых землях меняется природа. Она становится постепенно такой же, как и в остальном мире. Во-вторых, все измененные животные, которые наполняли тут леса и представляли немалую опасность, или погибли, или перегрызли друг друга. В третьих, мы видели трупы измененных волков-оборотней. По тому, как они выглядели, можно сказать, что умерли они в страшных мучениях.

— Видимо, так воздействует излучение энергии жизни, которое расходится во все стороны, когда мы открываем портал, — заметил я. — Другого объяснения я не вижу.

Была и еще одна хорошая новость. Очень медленно, очень постепенно, но границы территории, к которой была привязана Мелисса, раздвигались. Конечно, совсем она никогда не освободится, но через год — другой уже вполне сможет удаляться от дворца лиг на сорок — пятьдесят.

При моей уже почти пятой жене мы, уезжая, оставили Алаиссу, которая была этим неописуемо счастлива, так как понимала, что иного способа сохранить жизнь у нее нет. Элениэль поморщилась, но я решил, что верная служанка-рабыня для Мелиссы лишней не будет. Компанию ей составят две погонщицы-дроу древнего, доставшиеся Мелиссе от него в наследство.

— Не надо их освобождать, — посоветовала мне Лора. — Как и та, которая была при архиличе, эти служили древнему добровольно. Они не заслужили свободу.

Бывшие рабы тоже пока оставались здесь. Потом, когда я пришлю сюда штат слуг для Мелиссы, они смогут вернуться домой. Если захотят. И опять удивил меня эльфийский архимаг Минтэас, который решил остаться в меняющихся проклятых землях добровольно. Единственное, о чем он попросил, это отправить к нему его двух «абсолютно необходимых ему для работы» помощниц-оборотниц.