Книга Власть, страница 14 – Александр Владыкин

Но в искусстве обманывать она не сильна. Глаза и легкий румянец сразу ее выдают, поэтому я машу рукой застывшим на холме эльфийкам, чтобы они приблизились ко мне.

— Они непочтительно повели себя со мной, — наконец, объясняет свое странное поведение Элениэль. — И я им приказала два часа не сходить с места.

У меня, когда это сказала, сразу появились подозрения, что приказала им это Элениэль, в первую очередь, для того, чтобы девушки не доложили мне что-то о ее поведении во время сражения. Например, о том, что она все-таки хотела нарушитьсвое обещание не ввязываться в драку. Только по своему простодушию моя красавица не учла, что я наоборот обращу на такую неподвижную композицию свое внимание и постараюсь выяснить ее причины. В общем, Элениэль — она такая Элениэль…

— Ваша супруга, ваше императорское величество, — говорит мне одна из наказанных моей женой эльфиек. — Когда вы подали сигнал, что уничтожили архилича, хотела броситься к вам. И мы… — тут девушка делает паузу и оборачивается к остальным, ища их поддержки. — Мы были вынуждены ее связать. Как вы и приказывали.

Ну, так я и думал.

— Галанэль, — обращаюсь я к командующей отрядом воительниц. — Награди охрану моей непослушной жены. И остальных, естественно, тоже. Но этих отметь особо. Может быть, оставить их в качестве постоянных телохранительниц Элениэль? В общем, подумай, как лучше поступить, — поворачиваюсь к жене. — Что делать с тобой, я решу позже.

— А ты не знал, — спрашивает меня Элениэль, когда мы с ней отходим в сторону. — Что эта Габриэль забавлялась со своим слугой днем все то время, что ты проводил с ней ночи? Точнее — с третьего дня?

Вот же язва эльфийская. И когда такой стала? Ведь никогда раньше слова поперек от нее не слышал. Не иначе, как от Изабеллы научилась колкости говорить.

Я въезжал в Юмиле. Триумфально. В полном соответствии с разработанным в свое время Изабеллой порядком. Ровные шпалеры гвардейцев на поле у ворот столицы, залп из бомбард, подъем над башнями моих штандартов, лучшие люди города на площади перед ратушей, приветственные речи от различных гильдий. Потом, естественно, бочки с элем и столы с едой на улицах для восторженно радовавшегося возращению своего императора домой простонародья. Но мне было грустно. И даже лучащееся неподдельным счастьем лицо Элениэль, ехавшей рядом со мной, настроения мне улучшить не могло.

То, что что-то в моей жизни скоро изменится, я почувствовал, еще когда мы вернулись во дворец Солбери после уничтожения армии нежити. Как и почему я ощутил, что грядут перемены, объяснить не могу. Просто вот взял, и почувствовал. Но тогда разбираться в этих своих ощущениях было некогда. Уже на следующий день мы разгромили вторую заставу кадавров во главе с личем на, так называемом, торговом тракте. Потом в течение декады я настраивал, а мои маги устанавливали охранные артефакты на границах с проклятыми землями. В общем, работы хватало.

И Изабелла. Она была все эти дни особенно нежна. Как она договорилась с Элениэль, не знаю, но каждую ночь именно моя старшая жена встречала меня на пороге спальни. Мы как будто снова вернулись в то время, когда она была у меня единственной. И все-таки все это было с каким-то налетом легкой грусти, причину которой я понял, когда мы, покинув Солбери, по словам Изабеллы, «в относительном порядке», добрались до Турвальда.