Книга Счастье из чужой вселенной, страница 52 – Анна Максимова

— Я и не отказываюсь, — пробормотал Юмер, — просто размышляю вслух о рисках.

Хотелось огрызнуться, потребовать заткнуться. С трудом поборол это желание. Сколько бы я ни призывал спокойствие, внутри всё скручивало от чего-то близкого к панике при одном воспоминании о Еве. А о ней я помнил постоянно. Её последний взгляд словно отпечатался в мозгу, преследуя во сне и наяву. Душу грызли стыд, вина, тоска и страх. Страх за ту, которую собственноручно отдал неизвестно кому. И сейчас этот лимин — мой шанс прояснить ситуацию, узнать, где же искать девушку.

Мысли о собственном сомнительном будущем лишь усугубляли ситуацию. Сегодня утром отец пытался связаться со мной. Впервые в жизни проигнорировал его вызов. Своё решение я принял и вполне осознавал, какие меня ждут последствия. Родитель будет в ярости, если всё получится, как я хочу. Не сомневаюсь, после я стану изгоем, безродным одиночкой. Скорее всего, меня призовут обратно в Империю и отправят куда-нибудь, где и обитают такие же отверженные. Что же, Ева будет рада. Она сможет вернуться к работе и не видеть меня. В общем, неутешительные перспективы. Правда, в свете убийственного и острого разочарования в отце я даже не знал, кого мне больше жаль: себя или младшего брата, на которого свалится бремя наследника. Бедный Мейн. Онникогда не хотел на моё место.

— Есть! — неожиданно громкое восклицание лимина вывело меня из размышлений. — Я вошёл. У нас есть минут пятнадцать, прежде чем вторжение будет замечено. Действуйте быстрее, ист Айлир.

— Мне столько и не нужно, — впервые за последнее время искренне улыбнулся я.

Своего отца я знал лучше, чем кто-либо. Всю мою жизнь он медленно, постепенно пытался из меня слепить себя. Я знал, как он мыслит. Поэтому был уверен, что быстро найду необходимую информацию.

— Да засоси всё в Чёрную дыру, — прохрипел я, когда прочёл данные о сотрудничестве родителя с Греблом, самом Гребле и целях, которые тот преследует.

Дурнота накатила волной, чуть подрагивали руки и хвост. Задуманное было чудовищно. Настоящий заговор. Мой отец — предатель, сговорившийся с безумцем. За подобное одно наказание — смертная казнь. Внутри нарастала настоящая истерика. Я просто не знал, как мне быть. Если я промолчу, может случиться катастрофа вселенского масштаба, сообщу о сговоре — возведу отца на эшафот. И пусть я больше не испытывал былого восхищения, не желал плясать под его дудку, но он был моим отцом. Тем, кто дал мне жизнь, вырастил и долгое время всем обеспечивал. Оттого я просто не знал, как мне быть и что делать. Непонятным было лишь одно: что это за «естественный отбор» и чем он опасен, как он должен будет помочь свергнуть нынешние устои Федерации и Империи? Раньше бы я не решился, но сейчас был твёрдо намерен вытрясти из отца ответы.

Ну, и главное, теперь я знал, где искать Еву.

ЕВА

Очнулась, будто вырвалась из вязкой трясины. Ощущения были мерзкими. И я даже не могла чётко объяснить, что меня больше тревожит: неприятные ощущения в теле или странное состояние мыслей.

Всем моим существом владела липкая апатия. Это жутко злило Гребла. По его словам, я, напротив, должна становиться сильнее, активнее во всех смыслах. А у меня всё было наоборот. Не было аппетита, несмотря на то, что, начав мучить, кормить стали шикарно. Не хотелось что-то делать, и даже думать было лень. Наверное, такое состояние должно меня напугать, но бояться тоже не было сил и желания.