Книга Позолоченная корона, страница 172 – Марианна Гордон

Фарвор ахнул, потянулся к своему рыцарю, но сапог еще сильнее надавил ему на спину.

– Вас будут судить на рассвете. На суде будут допрошены свидетели, вам позволят сказать слово в свою защиту. Если суд сочтет вас виновным, вас приговорят к смертной казни через повешение.

Перед глазами у Фарвора мелькали огненные точки. Он смотрел, как Калгираподнимают на ноги, как ему надевают наручники, а потом один из солдат схватил его за ворот и потащил прочь. Из раны на голове текла кровь.

– А с этим что делать? – спросил солдат, стоявший над Фарвором.

– Это оруженосец, – ответил другой. – Он пойдет с нами.

– Не трогайте его! – выкрикнул Калгир. – Он не имеет к этому никакого отношения!

Его заставили замолчать ударом по голове, от которого он снова едва не рухнул на землю, и Фарвор попытался подняться. Он должен был встать, должен был прийти на помощь Калгиру; кроме этого, он не мог думать ни о чем. Сапог надавил ему на спину, и ему показалось, что он услышал хруст. Но ему было все равно; он должен был подняться. Издалека доносились крики Калгира; Фарвор никогда не слышал, чтобы он так гневно кричал, и это расстроило его. Как будто жестокое чудовище вонзило когти ему в сердце. Почему-то стало темно, и он не мог больше держать голову прямо.

Стражники появились неожиданно; ни Хелльвир, ни ее отец не успели отреагировать. Один схватил Хелльвир прежде, чем та сообразила, что происходит, и заломил ей руки за спину с такой силой, что хрустнули суставы. Эльзевир с карканьем взлетел, захлопал крыльями и напал на стражника, пытаясь клюнуть его или оцарапать когтями, но его отшвырнули прочь.

– Эльзевир! – успела вскрикнуть она, прежде чем ей зажали рот.

Она боролась и пиналась, но сильные руки подхватили ее, оторвали от земли и швырнули на пол тюремной кареты. Хелльвир тут же поднялась на ноги и, задыхаясь, прижалась лицом к зарешеченному окну. Там, в тумане, метались фигуры, оттуда доносились крики и топот. Карета резко дернулась, Хелльвир ударилась головой о металлическую решетку и с криком упала на пол. Кое-как поднявшись, она заколотила кулаком по окошку за спиной кучера.

– Выпустите меня! – кричала она. – Что вы делаете?

Кучер пробормотал что-то сквозь зубы, другой человек грубо захохотал.

Хелльвир достаточно хорошо знала город и поняла, куда ее везут. Когда карета въехала в ворота, проехала по широкому мосту, обогнула двор и остановилась перед ступенями дворца, она сжала руки, чтобы унять дрожь, и приказала себе дышать ровно.

Щелкнул замок, и мрачный стражник дернул головой, приказывая ей выходить.

Хелльвир попыталась подавить страх. Ей нужно было оставаться сильной, сохранять ясность мысли. Она высоко подняла голову,как это делала ее мать, и заставила себя ступать уверенно. В дверях ее встретил Бион; он взял ее за локоть и повел по дворцовым коридорам.

– Что происходит? – спросила она сквозь зубы.

– Можете сами спросить об этом у королевы, – коротко ответил слуга.

Они вышли на широкий портик; в центре двора, окруженного галереей и освещенного факелами, располагался прямоугольный бассейн. Вокруг бассейна были расставлены длинные скамьи. Никто не подмел опавшие листья с дорожек, не убрал их из бассейна, и это придавало саду заброшенный вид, несмотря на мигающую жаровню. Волосы Салливейн отливали золотом. Принцесса, одетая в винно-красный жилет и сверкающие сапоги до колена, сидела, откинувшись на спинку кресла, и смотрела на фонтан, струи которого стекали в бассейн. Рядом с ней стояла королева. На ней были легкие доспехи, и прическа немного растрепалась, как будто она недавно приехала откуда-то и при этом очень спешила. Время от времени она отпивала глоток вина из бокала, который держала в руке. В свете факелов морщины на ее лице обозначились резче, но от этого королева казалась не старше, а скорее суровее и безжалостнее, словно была не живым человеком, а фигурой, высеченной из камня.