Книга Священные игры, страница 101 – К. Н. Кроуфорд

Я задержала дыхание, понимая, что мне лучше молчать.

– Потому что ты никогда не ползала на коленях по голому полю, жуя мох и зная, что смерть ходит поблизости. Ты даже не думала о том, каково это – убить человека за черствую корку хлеба. И на твоих глазах не умирала родная сестра, а ты потом не… – он умолк, затем моргнул. – И Архонт никогда тебя не спасет. Избранные им выведут нас из тьмы. Но ты никогда не увидишь его света, такого чистого и слепящего, не услышишь его голоса в своей голове. Ты слышишь только голос Змея. Я это знаю, ведьма, потому что вижу тьму в тебе. Архонт никогда не поручил бы тебе важнейшую миссию избавить мир от зла. Для этого он выбрал меня, – его глаза загорелись лихорадочным огнем. –Архонт избрал меня, – теперь бесконечная тоска звенела в его дрожащем голосе и болезненно отзывалась у меня в животе. – Я его посланник, которому он повелел творить его волю на земле. Он спас меня от голодной смерти, и я не подведу его, не предам. Понятно тебе, Помеченная Змеем шлюха?

Я просто не мигая смотрела на него. Он сам себя довел до белого каления, и ничего хорошего из этого явно бы не последовало.

Казалось, теперь он вышел из транса, медленно выдохнул.

– Хорошо. Теперь вы все понимаете, в чем состоит моя миссия. Вы понимаете, почему я не лежу в могиле, как все остальные члены моей семьи. Я был избран, – он вдруг опять рванулся ко мне, весь трясясь как в лихорадке. – Так давайте же взглянем на эти самые скрытые шрамы прямо сейчас? И не скромничай, потому что все мы знаем, кто ты на самом деле.

Сион медленно перевел взгляд на меня, но с места не сдвинулся.

Мое сердце бешено колотилось, когда я стягивала со своих рук кожаные перчатки. Держа перчатки в одной руке, а свечу в другой, я повернула запястья той стороной, на которой были следы от ожогов. В сумеречном свете патер разглядывал темно-розовые полосы на моих запястьях. По голой коже скользил прохладный ветер.

Сейчас было бы так легко просто податься вперед и коснуться его лица…

Но тогда я больше никогда не увижу Лео.

– Хорошо, – шептал патер, не сводя взгляда с моих шрамов.

В воздухе повеяло уже настоящим холодом, и я перехватила взгляд Сиона. Его челюсть напряглась, глаза сузились. Вокруг него сгущалась тьма, клубясь, точно дым.

Патер по-прежнему рассматривал мои искалеченные запястья.

– В этой однозначно живет Змей. Лишь боль заставит животное повиноваться. Надевай свои перчатки.

Холодный взгляд Сиона по-прежнему был прикован ко мне, в глазах его поблескивали золотые искорки. Я снова натянула перчатки.

Передо мной, не глядя мне в глаза, остановился Мэйлор, поднял чашу к моим губам. Его длинные ресницы отбрасывали тени на его высокие скулы.

В груди у меня все сжалось. Я использовала его, чтобы вытянуть информацию, и вот он даже смотреть на меня не хотел.

Едва я сделала небольшой глоток из чаши, мои мысли тут же начали затуманиваться. Пьянящая музыка зазвенела в воздухе, но я понимала, что мне это только кажется. Тут ведь нигде не было музыкальных инструментов.

Я оглянулась, поймав взгляд Годрика.

– Яслышу такую красивую музыку, – прошептала я.

Он улыбнулся мне, глаза сверкали.

– Я тоже. Обязательно запишу ее, когда выберемся отсюда. Песня света и тьмы, не песня, а мечта… – его голос оборвался.

Будто издалека я услышала, как Сион отдал нам приказ зажечь свечи при входе в сад.