Книга Священные игры, страница 42 – К. Н. Кроуфорд

Мэйлор оглянулся на меня.

– Уж не знаю, хочет тебя убить Архонт или наоборот защищает, но молния, ударившая именно туда, где в тот момент находилась ты, – совершенно точно знак свыше.

Он зашагал дальше, и его черный плащ развевался позади него. Остановился он перед сводчатой дубовой дверью и вытащил ключ, чтобы ее отпереть. За дверью оказалась просторная комната с куполообразным потолком, который поддерживали колонны. Я шагнула внутрь за ним, снова чувствуя запах сандалового дерева.

Сперва я подумала, что он привел меня в храм, но купол здесь был непрозрачный. Потускневшие синяя и золотая краски на потолке больше напоминали ночное небо. Огромный латунный телескоп доставал до самого стеклянногоотверстия в потолке. По всей комнате были расставлены зажженные свечи и наполняли помещение теплым светом. С купола свисали подвешенные на тонких нитях прозрачные сферы, символизирующие семь планет. В центре комнаты же стояло нечто, что вроде как называлось меридианным кругом, на его кольцах были выгравированы символы, указывающие направление звезд.

Я изумленно оглядывала позолоченные приборы, разбросанные по комнате. Как бы здесь понравилось Лео… если бы еще этого угрюмого ворона здесь не было. Лео любил книжки о звездах и планетах. Мы с ним изучали старые тексты, которые смогли найти. Все они были написаны до Горькой войны, когда ученым еще можно было изучать небесные тела.

Колонны обрамляли витражи со звездами. Огромный латунный шар вращался рядом с одним из них, сложный ряд колец крутился вокруг сферы. Исписанные бумаги валялись повсюду: на столах, на полу, даже на кровати.

– Это твоя комната? – спросила я.

Он пригладил волосы, огляделся, будто только что заметил, какой здесь беспорядок, и начал складывать в стопку книги и бумаги, лежащие на столе.

– Когда я примкнул к Ордену, эта комната была пуста, вот я и решил ее занять.

– Она была пуста, потому что Орден запретил занятия астрономией.

Он печально улыбнулся.

– Ну, мне показалось, что будет обидно, если комнату вот так просто забросят. Из всего же можно извлечь пользу.

– А меня ты в свою комнату привел, потому что считаешь, что ударившая в башню молния – знак Архонта?

Он размял пальцы и посмотрел на меня своими грустными голубыми глазами.

– Да, именно.

Да, так я и поверила.

Я крутанула шар и пробежалась пальцами по его гравированной поверхности.

– Что же так привлекло тебя в этой работе, о Повелитель воронов?

Я повернулась, чтобы смотреть ему прямо в глаза, и сердце у меня так и подпрыгнуло от того, как он в этот момент смотрел на меня. Будто он был голоден.

В его взгляде горела пугающая напряженность.

– Орден учит, что следует сопротивляться желаниям тела, потому что, если им поддашься, потеряешь душу. Ты ведь знаешь, каково это, верно?

Я стиснула зубы, не собираясь отвечать.

– Такие люди уподобляются животным, – продолжал он. – Движимые лишь первобытными инстинктами. Голод. Похоть. Насилие. Мы становимся чудовищами, секс и смерть затмевают нам разум, – теперь и в его голосе слышалось напряжение, и он отвелглаза. Тени от пламени свечей очерчивали его высокие скулы. – Если я возьму, что хочу, то потеряю благодать – или то, что от нее осталось. Орден дает нам контроль над самими собой.

Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули. От гнева, может быть. Если Архонт не хотел, чтобы мы испытывали влечение и вожделение, зачем он тогда изначально создавал нас такими? Что с нами было не так?