Книга Бестия в латунном браслете, страница 112 – Елена Яр

Джеймс поёжился – у него стали затекать конечности от неподвижности. Но он чувствовал, как увлекает его разговор, и прерываться, разумеется, не стал.

– Вы могли бы стать миллионером на этом изобретении, господин Аткинсон, – заметил Джеймс. – К чему вам всё это… часовщик и ратман?

Начальник порта не двинулся, лишь внимательно поглядел на детектива, прищурив глаза.

– Скажите, Спенсер, – сказал он наконец, – вот вы, аристократ, отпрыск уважаемой фамилии, а зачем-то занялись расследованиями.

– Считаете, я занят не своим делом? – сарказм из голоса полностью удалить не получилось.

– Наоборот, очевидно же, что у вас отлично выходит. Но вопрос был в другом: зачем?

– Мне это нравится, – просто сказал Джеймс.

– Вот! – Аткинсон обрадованно хлопнул в ладони. – А мне, представьте, нравится управлять огромным портом. И дирижабли нравятся. И жизнь эта кипучая. Но я уже не слишком юн, и перемены мне даются с большим трудом. Это обнаруженный Тибериусом навигатор в часах ратуши – вы же про него уже что-то выяснили, так ведь? – грозил поменять всю отрасль. От возможности ночных перелётов никто в правительстве бы не отказался. Это подняло бы торговлю на новый уровень. Но я бы это уже не сдюжил. Такие перемены моя голова точно не освоила бы. И вот вопрос, как долго бы продержался на своей должности, если б это начали внедрять? Чихнуть не успел бы – вылетел на пенсию. А что на пенсии мне делать, с тоски выть? Ну уж нет.

– И это стоит жизни двух людей? – аккуратно спросил Джеймс.

– Вот только не надо моралей! – Толстяк откинулся на спинку своего кресла. – Умение принимать сложные решения – это обычные будни серьёзного человека. Не верите мне – спросите своего отца. Уверен, на его счету так же есть человеческие жизни.Возможно, не так и не собственными руками, но…

Джеймс и рад был бы возразить, но в чём-то Аткинсон был прав. Некстати вспомнилась авария в одной из отцовых шахт, где были жертвы, которых можно было избежать. Отец тогда долго в себя приходил и перетряс всех сотрудников, все правила техники безопасности, и много чего ещё. Но факты – вещь упрямая. Если подходить к ним с такой позиции.

– А не было… более гуманного способа оставить всё как есть? – уточнил детектив наконец.

– Возможно, и был, – устало вздохнул Аткинсон. – Но мне его искать было некогда, я очень занятой человек, мистер Спенсер. К тому же… Не такой уж хорошей персоной был это Тибериус. Кроме своих часов и не любил никого. Дочь свою замучил совсем, она работала с утра до ночи, еду ему ещё готовила, приходила через день, но очень сомневаюсь, чтобы слышала от него хоть одно доброе слово.

– А ратман?

– Сопутствующие потери. – Начальник порта пожал плечами. – Вот его было жалковато. Но слишком он был… – Аткинсон замолчал, словно осекшись.

– Неудобным, вы хотите сказать? – с иронией в голосе уточнил Джеймс. – При нашей первой встрече вы сказали, что Зейн Рипли сильно прижимал контрабандистов. Но вы, полагаю, частенько пользовались их услугами? Взять тот же латунный браслет… да и бесы ваши, как мне кажется, незаконным путём у вас оказались. Так что не стоит, наверное, пытаться убеждать меня, что ратмана вам жаль. Скорее всего, он вам уже давно мешал, а тут подвернулся такой дополнительный повод поступиться моральными принципами. И всё останется по-старому, и контрабанду покрывать вам никто мешать не станет.