Книга Бестия в латунном браслете, страница 30 – Елена Яр

А вот Джеймс никуда не торопился.

Когда он вошёл, Алария стояла посередине комнаты, которую, видимо, стоило теперь считать «своей», и ждала, высоко задрав подбородок. Дверь он закрывать не стал, но остановился, едва перешагнув порог. Он поднял руки, провернул вокруг пальца одно из своих многочисленных перстней, глядя прямо Аларии в глаза, и резко выбросил кисть вперёд.

Латунный браслет на её запястье нагрелся и словно ожил. В то же мгновение невероятная сила сорвала бестию с места и впечатала в одну из свободных от мебели стен. Словно кто-то потянул за верёвку, привязанную ровно к символу её подчинения. Даже дух выбило.

Алария зарычала и дёрнулась, стараясь отодвинуться, но словно невидимая сила пришпилила её руку к стене. Она уперлась свободной ладонью в поверхность, отталкиваясь что было силы. Напрасно. Рука словно вмёрзла в этот мерзкий светло-коричневый рисунок.

Она исподлобья глянула на Джеймса, ожидая, что будет дальше.

Тот снова прокрутил своё кольцо, и уже вся бестия, будто прижатая невидимой гигантской лапой, распласталась по стене. Рык клубился в груди, взбирался по горлу и выходил рваными короткими хрипами. Ей не было больно. Но непривычно и от этого страшно находиться в таком уязвимом состоянии.

В битвах, даже проигрывая,даже умываясь кровью и агонией, она никогда ещё не чувствовала себя такой побеждённой. «Убью! Убью!» – билось в её голове. Но всем, находящимся в комнате, было понятно, что произойдёт это явно не сейчас.

Джеймс медленно подходил.

– Ты понимаешь, что сегодня сделала не так?

Алария оскалилась, не желая разговаривать. И ожидала за такое открытое проявление враждебности удара или чего-то похуже. Но Джеймс слегка сощурил глаза, внимательно следя за её реакцией. Он ослабил цепочку-браслет, болтавшийся на левой руке, и перекинул его через большой палец, чтобы тот пересекал ладонь. А затем вжал ладонь в лоб Аларии.

Её охватил ужасающий холод. Застучали зубы и завибрировало всё тело.

Затем стало внезапно жарко – так, что бисеринки пота выступили на висках.

А затем она ослепла. Сразу и резко. Раз – и настала темнота. Полная. Тотальная. Беспросветная.

Она хватанула ртом воздух, но потом зажмурилась и стиснула зубы. Не дождётся. Она не станет просить пощады.

– Это всё, на что ты способен? – рыкнула она.

Горло вдруг сжалось, отказываясь пропускать воздух. Оно позволяю лишь краткие послабления, чтобы внутрь просочилось толчком ровно столько кислорода, чтобы она не потеряла сознание. Но не больше. Стало страшно. Очень.

И тут же всё пропало. Спазмы дыхания. Темнота перед глазами. Рука Джеймса со лба.

– Алария, – голос его звучал устало, – скажи, что ты сделала сегодня не так?

Его лицо было близко, возможно, ближе, чем когда-либо за всё время. Она не увидела злости, ярости, наслаждения болью другого. Но точно разглядела твёрдость и решительность. На какой-то момент она словно почуяла в нём зверя, мощного, достойного. Если бы он был бестией, она признала бы в этот момент его силу и возможно… Нет, не «возможно». Он не бестия, он чужой.

– Я неверно поняла твой приказ, – процедила она сквозь зубы.

– Нет. – Мужчина качнул головой. – Ты не хочешь думать, прежде чем делать. И не хочешь принимать правила игры. А без этого у нас ничего не получится. Поверь, я могу сломать тебя. Всё из того, что я тебе сейчас продемонстрировал, я могу проделывать довольно долго. Я могу накинуть мой браслет тебе на лоб, и ты будешь варится в котле мучений всю ночь и весь день. Когда-то и твой запал закончится. И ты склонишь колени. Но я верю, что можно иначе.