Книга Зверь на Юге пробудился, страница 7 – Елена Яр

Эррин стояла на пятачке, с которого сильные ветра сдули весь снег и куталась в толстую куртку с большим капюшоном. Но теплее от этого не становилось. Здесь всё было холодным: и сизое низкое небо, и покрытые льдом отвесные скалы без единого деревца, и серый камень тюремных стен. Шкуры бослоходов, что отфыркивали узкими длинными ноздрями снег и пытались копытами откопать хоть какую-то еду, тоже были серыми. И даже их с магистром одежда была почему-то цвета мёрзлой земли. Лишь волосы Эррин, выбиваясь из-под капюшона, яркими всполохами раскрашивали этот мрачный мир.

Девушка поёжилась — и неизвестно от чего больше. То ли от мороза, который всегда царил в горах Севера. То ли от вида мрачной ДревнейТюрьмы, чьи неприступные стены колкими иглами камней разрезали сизое небо. А может, её морозило от предстоящей встречи с безумным узником.

Как во сне прошли эти две недели, за которые ей пришлось пройти все крайние стадии эмоционального раздрая. Неверие, паника, неуверенность в собственных силах. Ролли был с ней всё это время, поддерживал, направлял, инструктировал. Учитель за это время вложил в её голову, кажется, больше, чем за всё предыдущее время обучения.

Она малодушно позволила себе напоследок вспомнить комфортную погоду Центрального Слоя, чистые тротуары столицы и шумные улицы весёлого академического городка. А ещё далёкое тёплое солнце. Оно, конечно, ещё будет — их путь пройдёт из сердца гор до самого иссушающего Южного Слоя. Потому что Зверю нравится жара. И через Бурмин, главный город, охраняющий Ось мира, они снова пройдут. И там ей придётся оставить учителя, чтобы дальше продолжить путь одной. Нет, не совсем одной — в компании Безумного Годдарда. И это пугало её больше всего.

С леденящим душу скрипом ворота Древней Тюрьмы приоткрылись и выпустили узника. Ему не нужно было подсказывать, кто его ожидает. Других дураков поблизости не было. Только Ролли, Эррин и три бослохода.

Высокая фигура двинулась к ним. Встречающие не спускали с него глаз, наблюдая за каждым размеренным, преувеличенно неторопливым движением. Длинные полы чёрного пальто развевались на ветру, словно крылья хищной птицы.

Почему-то Эррин ожидала, что он будет седым, как все архимаги, которых она видела в Академии. Но его лицо обрамляли пряди цвета воронова крыла. Они спускались к ледяным озёрам глаз, таких холодных и безжизненных, что она мысленно поёжилась. Но только мысленно, нельзя было показать ни грамма слабины перед этим монстром. Лицо мага было серым, с глубокими тенями под глазами. По правде, он больше походил на поднятого покойника, чем на человека.

Он остановился в трёх шагах от встречающих, сощурился и проговорил хриплым голосом:

— Это просто оскорбительно, что сдерживать меня прислали старика и юную девственницу.

Эррин задрала подбородок, сдула рыжую чёлку со лба и вдарила со всей дури по наглецу своим главным достоянием — магией. Они проговаривали с учителем, что с демонстрацией силы затягивать не стоит. Этот момент ей показался идеально подходящим.

Безумец рухнул, как подкошенный, и захрипел. Преодолев боль, поднял искажённое лицо и вперился в неё злыми глазами:

— Кто ты?

Эррин едва разобрала слова. Она сократила расстояние между ними, измерив его тремя медленными шагами и опустилась на одно колено рядом с поверженным. С интересом исследователя разглядела его лицо, и не скрывая удовольствия, ответила: