Книга Академия сумрачных странников. Кошмары на выгуле, страница 227 – Леси Филеберт

Коллег, включая Рэйеса, попросила подождать в коридоре, чтобы не мешали нашему разговору с ректором. Вряд ли это будет милая и легкая задушевная беседа, ой как врядли.

В лекарском крыле было тихо и спокойно, в нос сразу ударил аромат целебных трав.

Персиваль лежал в отдельной палате, куда я сначала постучалась, а потом осторожно шагнула внутрь.

– Персиваль, спокойно, это я, настоящая, – сказала сразу же скороговоркой.

Не зря сказала: лорд Туареттонг моментально подскочил на кровати и отправил в меня огненный шар, я успела отскочить в сторону и прикрыться защитными чарами, ожидая чего-то подобного.

– Спокойно, это я, настоящая, – повторила я. – Просканируй мою ауру и убедись, что я не оживший кошмар.

– Тебе уже доложили? – скривился Персиваль.

Выглядел он так себе. Голова перебинтована, повязка на одном глазу, руки и ноги исполосованы, будто его не просто букетом роз отхлестали, а бешеную кошку натравили. Белая рубашка – в пятнах крови, и на самой рубашке видны следы от прожжения заклинаниями. Кровь там больше не текла, лекари уже сделали свое дело, но рубашка оставила на себе следы недавнего сражения. На ректора смотреть было жалко.

– Не бери в голову, это просто оживший кошмар, – покачала я головой. – Мой кошмар выглядит не сильно лучше твоего.

– А ты уже тоже сталкивалась с ожившим кошмаром?

– Угу… Можно и так сказать, – мрачно кивнула я, вспоминая сложную тренировку с Рэйесом.

Ректор с интересом глянул на меня.

– Курмикая в ожившем кошмаре, наверное, видишь? – тихо спросил он.

– Угу, – снова кивнула я, с грохотом пододвинула единственный свободный стул у больничной койки и поспешила перевести тему разговора. – Итак, рассказывай давай во всех деталях, что именно с тобой произошло.

Ректор неохотно поведал историю избиения его наваждением в моем обличии. По всему выходило, что наваждение в виде меня устроило фееричную истерику, пытаясь прилюдно опозорить и унизить Персиваля. А потом еще и стараясь ранить. И нацепить на ректора обручальное кольцо, которое я якобы возвращала. Причём наваждение прям усиленно пыталось украшение нацепить на свою жертву. Ректор, оказывается, только на этом моменте понял, что перед ним наваждение, когда сообразил, что никакого обручального кольца у меня быть не могло – я ведь не стала брать его в ресторане. Я мысленно поставила себе галочку, отмечая, что любые сковывающие штуки от кошмарных наваждений точно являются какими-то накопителями.

Персиваль с опаской поглядывал на меня, будто ожидая, чтоя в любой момент начну смеяться над ним и отпускать ехидные реплики, но мне было, мягко говоря, не смешно. Меня порядком достала вся эта ситуация с кошмарными наваждениями, Тёмным Странником и невозможностью зажать эту тварь в угол. Я была полна решимости разобраться с этим как можно скорее.

И мне совсем не нравилось, что наваждения были способны принять и мое обличие.

– А змею во сне видел? – неожиданно спросила я.

Персиваль недоуменно вскинул брови.

– Змею? Какую еще змею?

– Любую. Вспомни, что тебе снилось накануне. Фигурировала ли там какая-то змея?

Персиваль нахмурился и некоторое время молчал. Потом кивнул и неуверенно произнес:

– Что-то такое было. Змея какая-то была, но подробностей не помню, не ставил себе целью запомнить обычный сон.

– Это был не обычный сон, к сожалению, – вздохнула я. – Что змея делала?