Книга Инженер для инквизитора, страница 129 – Анна Швыркова

Не было в их поцелуе ничего мягкого или нежного. Макс отвечал ей так же страстно, словно не одна только Марина все время думала и грезила об их поцелуе. Они цеплялись друг за друга и больше кусались и рычали, будто оголодавшие звери, наконец-то получившие желаемое, но даже этого казалось было мало. Хотелось еще ближе, еще теснее, еще яростнее.

Марина схватилась крепче за его плечи и не разрывая губ подтянувшись обняла его еще и ногами. Будь Макс чуть послабее она ему бы точно пару костей сломала, с такой силой она сжимала бедра на его талии, но он лишь в ответ довольно застонал и прижал ее еще теснее. Сделал широкий шаг вперед, и Марина почувствовала под ягодицами жесткую поверхность, а где-то далеко, не меньше, чем в соседней галактике, прозвучал звон разбившихся об пол чашек.

Губы горели вместе с легкими от недостатка воздуха, и они нехотя оторвались друг от друга, тяжело дыша. Макс смотрел на нее ошалевшими глазами с расширенными зрачками, волосы растрепаны от ее рук и таким он был красивым и родным в этот момент, что Марина четко поняла, что даже если они не смогут быть вместе, другого мужчины в ее жизни все равно не будет.

Максимиан обвел ее лицо взглядом, вздохнул и дрогнул губами, будто собирался что-то сказать, но вместо этого снова склонился и поцеловал. В этот раз куда мягче, бережнее, тягуче и до того сладко, что плакать хотелось. В этомпоцелуе уже не было оглушающей страсти и яростного желания, а лишь мягкое обещание, забота и нежность.

Этот поцелуй длился не меньше предыдущего, и Марина запоминала каждое мгновение, чтобы после в точности воскрешать его в памяти. Еще раз напоследок поцеловав ее, Макс не дал ей отвернуться, прижавшись лбом к ее лбу, хотя она уже хотела уткнуться лицом в его шею. Прикрыв глаза, они оба приходили в себя, после случившегося сумасшествия и меньше всего Марине хотелось, чтобы этот миг заканчивался. Хотелось все так же крепко обнимать его руками и ногами, словно обезьянка любимую пальму, и никогда не отпускать.

— Моя Марина, — прошептал Максимиан, ласково поглаживая ее по спине.

Ей стало вдруг так горько, что ноги и руки, которые, казалось, свело судорогой и ее теперь от инквизитора можно только с силой оторвать, сами расслабились, выпуская из своей железной хватки.

— Разве я могу быть твоей? — хрипло сказала она, отводя взгляд в сторону.

Макс еле заметно напрягся и слегка отстранился, чтобы видеть ее лицо.

— А почему нет? — тихо прошептал он.

— Потому что мы из разных сословий и никто нам не позволит, — призналась Марина о наболевшем.

На инквизитора она не смотрела, направив пустой взгляд поверх его плеча. Разойтись бы сейчас по своим делам и сделать на людях вид, что ничего между ними не произошло, а вечерами украдкой вспоминать о случившемся, но Марина может и перестала висеть на Максимиане, а вот он ее пока отпускать не собирался.

— Какая знакомая печаль в глазах, — удовлетворенно сказал он, аккуратно взяв ее пальцами за подбородок и поднимая лицо. — Посмотри на меня, Марина.

Она прикрыла глаза, собираясь с духом, и распахнула их уже смотря на инквизитора.

— Я не умею ни правильно ухаживать за женщинами, ни красивые слова им говорить, и никогда не умел. Поэтому скажу прямо, как есть, — он замолчал, вдохнул поглубже и смотря ей в глаза, произнес: — Я таких каких ты никогда не встречал. Даже не знал, что за женщины мне нравятся, пока тебя не увидел. Умную, красивую, гордую, смелую и я не намерен тебя отпускать. Хочу каждый день спешить домой со службы зная, что там меня ждешь ты и дети.