Книга Звездочка неправильного рай-ши, страница 11 – Кира Райт

— Прости, — он виновато притянул меня к себе и чмокнул в макушку, совершенно не пытаясь оправдываться и признавая свою «вину».

А мне стало смешно. Он извинился сейчас за то, что поимел меня, да? Сначала «заобнимал», как он выражается, до звёзд в глазах, а теперь извиняется…

Вздохнула. И почему-то не стала вырываться снова.

Именно сейчас снова задумалась над тем, что всё могло быть куда хуже. Он же даже не заставлял… Не принуждал. Немножко обманул, да и то похоже, не нарочно. И он какой-то добрый и честный… Сомневаюсь, что среди его собратьев найдётся второй вот такой же.

— А что ты поставил, чтобы забрать меня с аукциона? — спросила неожиданно даже для себя.

Но почему-то вспомнилось.

— Неважно, — как-то нервно и слишком быстро ответил он.

Точно что-то серьёзное.

— Что, Рай-Харр? — добавила в голос металла.

Так говорить мне приходилось редко, но видно интуиция не зря мне это подсказала. Потому что видно расслышав знакомые с детства нотки, рай-ши понуро опустил взгляд. Кажется, мама у него ой какая боевая.

— Родители меня убьют, — признался тихо.

— За что? — гнула я свою линию, ощущая свою ответственность за то, куда он вляпался.

— Я обещал отправиться на Венейру. Привезти с неё кое-что… Уже в следующем месяце…

— И? Это что-то очень плохое?

Он кривовато улыбнулся.

— Не бойся, я справлюсь. Наверное… — и отвёл глаза, но быстро взял себя в руки. — Не волнуйся, Майя. У нас ещё есть время. А потом… Я что-то придумаю. Как-то справлюсь.

— Это что-то опасное, да? — напряглась я.

— Нет, ерунда, не бери в голову, — отозвался он с усмешкой и вдруг впился в губы глубоким поцелуем. — Я ещё хочу, — пробормотал мне в рот, вновь овладевая им и толкаясь в него своим языком, чем и отключил мне мозг опять.

Издав сладострастный стон, я вцепилась в его плечи, отвечая на поцелуй. И даже грамма сомнения не было, что он снова заставляет или хитрит.

Я ощущала чистое, концентрированное желание. Да, из-за его воздействия. Но у меня внутри это почему-то не вызывало протеста совершенно. Ну ни капли.

Мне нравилось его восхищение. Нравилась его трогательная осторожность. Даже его неопытность нравилась. При этом он был таким страстным, открытым, горячим в своих порывах. А ещё — предельно искренним. Будто бы в нём нет ни грамма лжи или коварства. Злости или корысти. Удивительно, как он таким выжил в этом жестоком мире?

Я не знала много его соплеменников, но уже поняла, что рай-ши стараются не проявлять эмоций. Разве что показывают злость и агрессию. Всё. Остальное под запретом. Я видела, что по малейшемуповоду они рычат друг на друга даже. Смотрят с неприязнью. Будто бы они соперники в чём-то. А этот… Этот был неправильным. Другим.

Видимо, это всё из-за отношений его родителей. Наверное, его матери повезло оказаться в руках того, кто тоже не был жесток. И наверное, оказался в итоге даже мягок, раз позволил ей нарушать правила настолько, что даже сын с этим смирился и принял как должное. Вот и вырос он таким… Открытым, честным, добрым. Немного, наверное, даже наивным… И совершенно упёртым в своих решениях.

Я не знала ничего про Венейру. Не понимала, насколько это опасное обещание. Но чувствовала, что это что-то из ряда вон. Ведь он сказал, что родители его убьют. Значит, точно не одобрят. А вот как отнесутся ко мне, той, из-за кого он дал это обещание… Это был тот ещё вопрос. Ответа на который я не знала. Пока.