Книга Искушение Озеда, страница 57 – Виктория Эвелин

— Так ты понимаешь, верно? Как ты можешь презирать нас за то, что мы хотим того же самого? — почти умоляя, спросил Фенут, наклонившись к Озеду с морщинами непонимания на лбу.

Озед немного подумал, прежде чем ответить

— Из-за тех мужчин, за которых я отвечаю, и множества мужчин, с которыми я сражался бок о бок. Они работают так усердно, чтобы быть выбранными, и они честные мужчины. — Он покачал головой, и она увидела настоящий отблеск печали и замешательства в его глазах. — Мой отец очень любил мою мать, но всегда чувствовал вину. У них было шестеро детей. Шестеро. Когда у большинства никогда не будет ни одного. Если бы она соответствовала и вышла замуж за других мужчин, она могла бы подарить хотя бы немного счастья многим. Не столько, сколько у неё и моего отца было вместе, но всё же. Однако, глядя на мою сестру, я вижу боль, которую она носит внутри. Она позволила себе стать слишком близкой с первым мужем, и ей было очень больно расстаться с ним. Я часто думаю, не лишаем ли мы женщин счастья тоже.

Фенут смотрел на стену над Озедом, обдумывая его слова.

— Я вижу обе стороны, и, полагаю, всегда буду разрываться по этому вопросу, — закончил Озед. Он поймал взгляд Релли и мягко сказал: — Я понимаю, что это трудный выбор в любом случае. Я уверен, ты не планировала этого. Я не презираю тебя.

Фенут и Релли, должно быть, увидели искренность в его глазах так же, как и Алекс, потому что они оба слегка кивнули.

Озед снова взялся за свой напиток. Хотя он раскрыл только небольшой кусочек своей личной жизни, его тело оставалось напряжённым, а мышца на челюсти дергалась. Смотря на него, можно было подумать, что он только что обнажил свою душу. Хотя ей понравилось, что он объяснил свои взгляды и хотя бы попытался успокоить Релли, она задумывалась, зачем он вообще отвечал. Это явно доставило ему неудобства, и ничего бы не случилось, если бы он промолчал.

Ещё одна загадка в плотно закрытом сейфе, которым был Озед.

После нескольких неловких минут Фенут оживился

— Но именно поэтому открытие людей так удивительно! — Он указал на Алексу и изучил её, словно она была редким объектом за стеклом.

— Да, это так, — в голосе Озеда прозвучали нотки власти. —Но, пожалуйста, помните, что Алехандра — всего лишь один человек, и хотя она была великодушна, приняв нас, я сомневаюсь, что всё человечество будет таким же. У некоторых людей в Треманте были проблемы с адаптацией, и это мягко сказано.

Алекса будет должна спросить его об этом подробнее, когда они останутся наедине. Каково было женщинам в Треманте? Образы женщин, с которыми она сбежала из бункера, вспыхнули у неё в памяти. Он объяснил, что у них всё было хорошо, но он также объяснил, что они были относительно изолированы, живя в месте, называемом Жемчужным Храмом, которое он контролировал.

Все, кто подходил к ней сегодня, за исключением Релли, вели себя так же, как Фенут. Она понимала почему. Как объяснил Озед, было понятно, что все они были любопытны. Не потому, что она была особенной сама по себе, а потому, что она была человеком, а люди равнялись своему роду спасению.

Исследовать это удивительное место с его впечатляющим вертикальным моллом, многочисленными инопланетными расами и странными, но невероятно интересными обычаями было одним из самых удивительных событий в её жизни. Но она устала. Это, должно быть, было тем, что чувствовали знаменитости, когда выходили из своих крепостей. Неудивительно, что они редко это делали. Осознание того, что она всё ещё ждёт встречи с двумя сыновьями Фенута, истощало её ещё больше.