Книга Развод по-королевски, страница 166 – Диана Дурман

— Чтоб тебя твоя нечисть сожрала, — последовал очередной обмен любезностями, который я с радостью завершила, ласково сказав:

— Только после того, как ты станешь для них первым блюдом.

Так и закончились переговоры на нужной мне ноте. А уже этим вечером Валестина покинула не только дворец, но и столицу, не забывая вымещать свою злость через многочисленныеписьма со слезливыми признаниями, возымевшим необходимый резонанс.

* * *

Завершив все намеченные дела в столице и за её пределами, я вернулась в усадьбу. Как только это случилось, пришлось срочно искать баланс между делами и чувствами — весна в душе требовала полной отдачи своей истинной половинке, а разум неустанно напоминал, что враги ждать не будут. Потому следующие два месяца пролетели быстро, очень даже приятно и, к счастью, продуктивно во всех сферах.

— Во дворце буквально начали полыхать костры, — поведал мне Даньян, пока я, сидя у него на коленях, пересматривала полученные им ранее донесения. Теперь это была своего рода традиция, которая нравилась нам одинаково сильно.

Ну а что? Так и моя страсть к контролю насыщалась, уничтожая любые намёки на возможное недоверие, и неожиданная жажда Даньяна к близости полностью утолялась, помогая усмирить в нём чувство собственника. К тому же мне и самой, оказалось, по душе такое вот недостойное за рабочим столом поведение.

Подобные возмутительные действия скрывала под собой особый шарм: тепло чужой руки, нежно придерживающей меня за бедро; мерно вздымающаяся грудь, к которой я бессовестно привалилась, пока читала; жар мужского дыхания, будто нарочно стекающего в декольте моего платья; а ещё витающий в воздухе аромат… счастья. Да, наверное, именно так оно теперь пахнет для меня. Лёгким шлейфом от пергамента и чернил, нотками душистого чая с мятой, что сейчас остывал в парных чашках на свободной от стопки бумаг части стола, а самое главное — ни с чем несравнимым запахом любимого мужчины. Лишь он мог одновременно дарить покой и будоражить до самых кончиков пальцев. Тем самым влюбляя в себя всё больше и больше.

Моя бы воля, то я проводила б так основную часть своего времени. А другую оставляла для… спальни.

С трудом отгоняя от себя мысли о том, насколько хорошо мы с Даньяном подходили друг другу, когда вопрос касался более близкого “общения”, постаралась не выдать свои шальные мысли, пока говорила:

— Славно. Пусть Лиам собственными руками избавляется от своих приспешников, в надежде хоть ненадолго спасти ситуацию. А мы тем временем подбросим еще дров.

— Чёрный рынок? — уточнил Даньян следующую цель разоблачения, на что я кивнула. После чего дочитала до основной волнующей меня новости и, выдохнув, сказала:

— Как хорошо, что дедушке с лисамиудалось почти без проблем вывести и спрятать Юстиана. Хотя бы о них теперь можно не переживать.

В ответ Даньян успокаивающе поцеловал моё плечо, а затем, не скрывая злорадства, произнёс:

— Представляю, как этот белый змей, не имеющий ничего общего с гербом своего дома, сейчас захлебывается в собственном яде.

— Ещё бы, — полностью поддерживая настроение Даньяна, хмыкнула в ответ, — ведь Лиам уже убедился, что независимые наёмники как-то обошли магический контракт, а значит: он никому больше не может доверять. К тому же сила, по словам Коры, будет ему недоступна ещё какое-то время. — Пропела я, зажмурил глаза от восторга. — Уверена, Лиам впервые в жизни почувствовал себя таким… беззащитным и преданным. Готова поставить что угодно — наш сумасшедший король сейчас, действительно, сходит с ума.