Книга Герцогиня в изгнании, страница 51 – Диана Дурман

— Медея, точного ответа я тебе не дам. Однако есть мнения, что таким способом некроманты осознают всю опасность своего дара. Ведь так легко отнять жизнь никто не может. Например, сделать это всего-то при рукопожатии сказав одно слово и человек, что тебе не нравиться, потому что он намедни тебе нагрубил, упадёт замертво. И лишь ты будешь знать, что умерший от твоей руки человек за миг ощутил столько боли, сколько в жизни не испытывал.

Взгляд наставницы тогда наполнился горечью, а голос непривычно дрогнул под конец фразы. Но она быстро вернула себе обычно строгое выражение лица и продолжила:

— Поэтому запомни, Медея, забрать чью-то жизнь очень просто, но вот вернуть её не сможешь даже ты. Некромант способен создавать нежить или нечисть, но они уже не будут теми, кого ты знала. Их часть, в основном большая, навсегда остаётся в загробном мире, а сюда возвращаются лишь обрывки когда-то жившего человека. — Наставница серьезно посмотрела на меня, и почему-то в тот раз мне даже не захотелось развивать эту тему.

А ведь у меня вертелся вопрос, который я побоялась озвучить. Неужели кто-то дорогой наставнице умер, и она с помощью некроманта попыталась его вернуть? Очень жаль, что мне теперь никогда не узнать о наставнице больше. Надо было не бояться задавать вопросы, пока был шанс, но я всё откладывала, веря, что мы всегда будем вместе.

Во рту разлилась горечь, которую я поспешила проглотить. Ритуал восстановления для моего дворецкого перевалил за половину и не время раскисать. Выдохнув, я очистила разум, полностью сосредотачиваясь на колдовстве.

Энергия жизни и крохотные осколки душ оставили своё вместилище, прошли через моё тело и осели в одном из камней браслета. Его сразу можно было отличить среди более бледных сородичей — теперь “полный” камень имел широкие прожилки насыщенно коричневого цвета. Раньше некроманты использовали только драгоценные камни в качестве вместилища живой силы, но тот жеоникс прекрасно подходит для этой роли. Так зачем вся эта показуха?

Вернувшись к Бьерну, я пристроила его голову на место и произнесла заклинание регенерации, использовав большую часть энергии из кристалла. Рана быстро закрылась, оставив после себя грубый рубец. Через пару дней он начнёт становиться больше, а потом голова опять утратит связь с шеей.

— На какое-то время этого хватит, — проворчала я и, поддавшись желанию высказаться, принялась вещать Бьерну: — В такие моменты я сожалею, что не целитель. Хорошо им — берут энергию из окружающего мира, соединяют со своей искрой и преобразовывают в жизненную силу. А я ведь тёмная и так не умею! Костяшки вот тоже пришлось чинить подручными средствами: кому-то тканью и верёвками связывать разломившиеся кости, а потом укреплять смолой хрупкие части тела, или вообще использовать раствор для строительства, чтобы они не разваливались на ходу.

Скелеты, польщённые моим вниманием, зашаркали ногами и одобрительно замычали. Не слуги, а золото: не устают, всегда выполняют поставленные задачи, а главное молча, без пререканий, и смотрят на меня горящими глазницами полными обожания. Единственный их минус — они безумно слабые, даже люди будут посильнее. Поэтому если нужно сдвинуть что-то тяжелое, то этим занимается Бьерн.

— Так, тебя исцелила, а это значит: первым делом отправляйся в город. Пока магия свежая, ты прекрасно сойдёшь за живого, да и голова не отвалится в неподходящее время, — принялась раздавать поручения я, радуясь тому, что Вилейт настроил портал не только на живых. Потому моя нежить могла спокойно проходить преграду и навещать Радек. — И ещё, Бьерн, после возвращения навестишь наших зомби-шахтёров, проверишь, как движется работа, и заодно пополнишь кое-какие запасы. Вы же, мои милые костяшки, — обратилась я уже к ожидающим приказа скелетам, — идёте в зимний сад и продолжаете восстановительные работы. Мне очень нужен свой огородик для разных полезных трав!