Книга Герцогиня в изгнании, страница 83 – Диана Дурман

— Знаю, бесчестно пользоваться слабостью противника, — в низком голосе зазвенел смех, — но ты слишком опасна, чтобы пренебрегать таким шансом.

Показательно испугаться? — размышляла я, повышая свою концентрацию на чужом силуэте, чтобы не пропустить смертельный выпад. — Нет, что-то настроение не то.

Лицо моментально окаменело, мой холодный взгляд устремился примерно туда, где могли располагаться глаза нового убийцы и я без тени страха сказала:

— Всё никак не успокоитесь? Неужели золото дороже жизни? — Ответа не последовало и я, ухмыльнувшись, добавила: — Ну, давай, попробуй выполнить свой контракт, наёмник. Ставлю полный кошелёк так любимых вами золотых на то, что ты скорее окажешься в моей армии мёртвых, чем успеешь полоснуть меня своей зубочисткой.

Мужчина напрягся и, кажется, хотел уже броситься на меня, но короткая фраза сорвалась с моих губ быстрее любых рефлексов и активировала защиту. Занавеска ожила, бесшумно метнулась к незваному гостю со спины, и прежде чем он успел хоть что-то сделать, спеленала его как гусеницу. Плотно упакованный убийца рухнул прямо у моей кровати, а его клинок глухо встретился с полом.

Ну не идиот ли? Думал, раз я ослабла, то не смогу себя защитить и у него есть шанс покрасоваться? Я уже давно на своей территории, так что моё состояние не так уж важно. Надо, наверное, ему сказать перед смертью, что в логово некроманта пробраться куда как проще, чем выбраться из него… живым.

Отбросив плед, я поднялась с кровати и зажгла потушенную лампу. Вид обездвиженного противника мне очень понравился, что помогло чуть улучшить моё настроение.

Пнув выпавший кинжал подальше, я подошла к убийце и, присев на корточки, заглянула под капюшон. Сквозь упавшие на лицо каштановые пряди меня прожёг взгляд тёмных глаз.

«Хорошенький», — пронеслось в мыслях, пока я разглядывала приятные черты лица. Молодой мужчина в силу своей профессии, кажется, пренебрегал дневным светом, отчего его кожа не могла похвастаться загаром и потому помимо тёмных глаз внимание сразу притягивали яркие губы, сжатые в тонкую полоску. На них бледнел тонкий шрам — пересекая обе губы, он немного заходил на щетинистый подбородок, теряясь в довольно светлых волосках.

Хищные ноздри раздражённо раздувались, показывая мне как недоволен их хозяин положением дел. Глаза, вон, тоже метали в меня молнии из-под забавно растущих вниз ресниц — это напомнило мне каурых лошадей старосты: у тех тоже были пушистые ресницы, частично скрывающие глаза. Правда у убийцы имелись тонкие черты лица, так что на ресницах его сходство с лошадьми заканчивалась.

Моё спокойствие и очевидное любопытство не напугали, а кажется, разозлили мужчину. Его неподвижность как ветром сдуло. Принявшись трепыхаться всем телом, он попытался освободиться, от чего мне пришлось чуть сместиться назад, чтобы меня не задело извивающееся тело, однако его потуги не увенчались успехом. Тогда он попытался перекатиться на живот, видимо надеясь уползти от меня, но и тут его ждал провал. Подчиняясь моим безмолвным приказам, занавеска снова возвращала мужчину в исходное положение. Он, кстати, довольно быстро догадался, что мучиться дальше бесполезно.

В итоге мужчина скосил на меня озлобленный взгляд и протянул:

— Вот чем оборачивается желание поговорить…